Оборотень по объявлению

Взгляд то и дело скользил к выходу, а я нервно притопывала ножкой.

— Лена, нервы-то дороже, — спустя некоторое время сказала я себе, плетясь на кухню. На автомате разогрела вчерашний ужин, съела его, не ощутив вкуса, и силком уложила себя спать, словно в наказание за то, что так огорчилась сорвавшемуся свиданию.

— Нашла из-за чего расстраиваться, — бормотала я себе, вертясь уже который час. И ближе к рассвету провалилась в спасительный сон.

Глава 2

Утром я проснулась на удивление в прекрасном расположении духа.

Медленно потянулась, до хруста в косточках, посмотрела на яркое солнце, почти дошедшее до зенита, и… Подскочила как ужаленная!

— Проспала! — заголосила я на всю квартиру, спешно скидывая ночнушку и буквально залетая в белье, штаны и блузу. Вот такая я сегодня супергёрл.

Собрала телефон и поняла, почему я не услышала будильник: аккумулятор я вчера для подстраховки тоже вытащила. Пугают меня эти незнакомцы, закадычные подружки и настойчивые звонки. Точнее — пугали вчера.

А сегодня меня пугает начальство, очень пугает.

Заколов волосы, я провела по ресницам тушью и сделала десятисекундную паузу, чтобы успокоить бешено стучащее сердце.

Благо до работы было совсем недалеко — пятнадцать минут пешком. Такси я ловить не стала, прекрасно зная, что в пробках просто потрачу часа два, поэтому со скоростью крейсера пробежала на шпильках пару кварталов и остановилась перед дверями нашего офиса.

— Фух, — выдохнула я. А потом почувствовала, что за мной следят.

Знаете, этот взгляд, который все описывают как свербящий между лопаток? Вот один в один мои ощущения.

Я спешно вошла в здание, и мне было уже не так страшно появляться пред «милые» очи директора. Шанса, что он не заметил моего отсутствия, просто не существовало. Я была тем, кто вел переговоры с влиятельными клиентами, и у нас каждое утро проходила «пятиминутка», но я бы ее скорее назвала — разбор полетов.

Мой начальник — человек умный и справедливый. И в большинстве случаев вел себя вполне адекватно, но были вещи, которые действовали на него как красная тряпка на быка, и все потому, что он был перфекционистом.

— Лен, тебя шеф просил к нему зайти сразу же, как только придешь, — потянула меня за сумку Катя, наш айтишник, мимо которой я проходила. Сказала она это пугающим шепотом, но я подготовилась к выволочке. Я поставила сумку к себе в крошечный кабинет, сделала глоток холодной воды из кулера и пошла на ковер к Валерию Максимовичу.