Оборотень по объявлению. Моя строптивая пара

– Все, деточка! Больше не осилю! – благодарно отдала ношу женщина и с облегчением прижала руку к себе.

Ну не могла я по-другому! Никогда не получалось равнодушно скользнуть глазами по чужой беде и с безразличным видом пройти мимо. Оттого и получала по жизни – чую, сейчас тоже расплачусь по полной!

Поймают меня!

– Бабушка, курочку едите? – Я запихнула порезанные кубики куриного филе в сумку, потом еще пару лотков с мясом.

Оглянулась. Вроде погони не видно, слежки тоже.

– А? Детка, да, я ем, но… – Женщина попыталась меня остановить, но я уже напихала в сумку и понесла на кассу.

Спрей я держала под мышкой и выставила на ленту вместе с покупками женщины.

Очень боялась, что та сейчас станет громко отговаривать, но сзади стояла оглушительная тишина.

Быстро пробив, я сложила все обратно в сумку и повернулась.

– Провожу до дома? – спросила я, готовая подставить руку для опоры.

Женщина стояла, понурив голову, и я растерянно опустила руки. Неужели бесцеремонно задела ее чувства? Такую помощь-то никто не просил, а я…

– Спасибо, деточка, – сдавленно проговорила она, вытерла нос тыльной стороной ладони, а потом показала пальцем вперед. – Потопали!

Именно “потопали”.

И я поняла: не обижается!

Как камень с души!

Я подставила руку, и мы медленно вышли из магазина. Запах старости пробрал до горла, но я с улыбкой слушала рассказы старушки о внуках в другой стране.

Слежки видно не было, оборотней тоже.

Я слушала ее и вспоминала свою бабулю. Знаю, что ей тоже кто-то так помогал, когда я не успевала, а она упрямо вылезала в магазин за крайне необходимой луковицей…

– А вот и мой дом! Я тут невысоко, на первом этаже живу! – Женщина показала на окно рядом с подъездом.

Поставив пакет в коридоре, я собралась было уходить, как старушка вдруг сказала:

– Псиной от тебя несет. Якшаешься с зубастыми?

Внутри все похолодело. Откуда знает?

– Нет. Бегу от них.

– Бежишь? – задумчиво сказала женщина, внимательно посмотрев на меня.