Спящий вулкан

Дыхания едва хватило на задуманное.

– Иными словами – я недостаточно полно даю информацию на лекции, и вы упускаете суть, верно?

Да, я упускала ещё момент. Доказать мелочность стараний на деле – это ещё хуже, чем проигнорировать. И меня опускали на самое дно.

– Ей не хватает практики. Я уже разрешил ей присутствовать во время наших подготовок, чтобы она и мой предмет смогла подтянуть. Так что дело осталось за тобой, Ирсай.

Даймин Тамаш заступился за меня, приврав самую малость. Ему вообще было в радость меня учить, как, впрочем, и любого попросившего его помощи студента.

Эрмии, что с них взять?.. Ко всему прочему, Тамаш Де Тюур сохранял спокойствие, вытаскивая свои вещи на стол. Его нисколько не беспокоило настроение даймина Ирсая. Тот же, как мне показалось, не на шутку разозлился, шумно выдохнув.

“Ох, Азерин. Ты прожила короткую, но довольно счастливую к своему концу жизнь. Многим удаётся узнать все прелести пятнадцати лет, но не тебе…” – сердце испуганно ударило по рёбрам и занялось в частом ритме.

Промолчи даймин ещё немного, и я бы точно лишилась чувств от шока.

– Сложно учить того, кто не может отличить даймина от учителя, – продолжая издеваться надо мной, гармониец вернулся за письмо.

“Да неужто?” – вдруг разозлилась я, вдохнув ещё глоток с ароматом лавра. Уж этому-то меня научили!..

– Даймин на своём примере обучает, учитель является носителем знания и передаёт эти свои знания. Обучение не входит в разряд обязательств даймина, в то время как обязанность учителя – прямое обучение.

И учитель, и даймин – мастера своего дела, но мастерство даймина не ограничивается теорией и узостью специальности, – отрапортовав как на духу, я ощутила, что где-то да палку перегнула. Стоило побыстрее стать тихой и послушной. – Верно?

Даймин Тамаш, кажется, был мной доволен. Что-то шепнув себе под нос, он заулыбался. Настала очередь даймина Ирсая отвечать за свои слова.

– Пока мы будем заняты, напишешь ответ на вопрос сначала для себя, и ответишь после уже мне, когда мы закончим, – сквозь зубы проговорил мужчина.

Он уступал от безысходности, и мне приходилось мысленно молиться, чтобы мне потом не досталось больше всех за такие дела.

Удача – удачей, особенно – если дело касается Ирсая гар Корс! Я заняла ближайший из столов и достала всё, что могло понадобиться для письма. Гармонийский даймин терпеливо ждал, хотя по взгляду было понятно как ему претит подобное занятие.