Спящий вулкан

– Что, беспокоишься, что на тебя станут меньше обращать внимания? – я усмехнулся, хотя от мысли о ревности Дениз к Рине готов был рассмеяться в голос.

– Девчонка не стоит того внимания, какой ты расписал в рекомендации, – сестрица начинала фыркать от раздражения. – С такой-то Кровью!..

– Твоим ребятам мои рекомендаций и не понадобились, чтобы обратить внимание на госпожу Данан Лазар, – чтобы прекратить бесить сестру, я прикусил кончик языка.

– Который из..? – сквозь зубы зашипела Дениз уже не скрывая злости.

Я был только рад подлить масла в огонь ярости.

– Оба. Ты очень вовремя отпустила их погулять по приезду, – я от смеха кашлянул в кулак.

– Чтоб тебя!

Сестра шипела и ругалась сквозь зубы. Гнев был ей не к лицу и портил все внешние попытки замаскироваться под западную аристократку. Для встречи она достала себе скромное по мифским предпочтениям платье, подпоясалась шнуром с кистями и будто у Алмаза отобрала один из тонких браслетов. Хотя на запястье Рины украшение наверняка выглядело бы лучше.

О чём же тогда думала Дениз, подбирая непривычное барахло? Неужто хотела выглядеть чуть женственней для мужчин-оппонентов? Свои-то в курсе какой у неё тяжёлый характер.

– Ты сядешь в такую лужу, если твой ученик проколется. Это будет унижение не только твоё личное, но и унижение всех Корс, – чуть остыв, сестра принялась меня, как она всегда считала, вразумлять. – Ну, почему именно девчонка? В Мифе что, мальчишек нет? Все умные остались в своих семейных землянках?

– А ты тут на что? Вот и подтаскай в том, в чём я не преуспел, – я не принимал подначки Дениз, но по привычке начал огрызаться.

– Интересна же, так чего ждёшь?

– Ей что, женской мудрости не хватает? – теперь Дениз смеялась надо мной. – Пожалеешь, ой как пожалеешь! Значит, из всего богатства кандидатов мужского пола ты ставишь больше всего на сопливую девку?

– Ты не доверяешь моим педагогическим способностям?

Я не обижался, но настойчивость сестры и её агрессия к Рине меня огорчала. Пока я не видел девицу, я мог сохранять хладнокровие.

Звук имени напоминал, что она – одна из тех моих учениц, которая смогла удивить, в том числе и меня самого. А стоило появиться в поле зрения Азерин, как у меня сбивался шаг, а взгляд с трудом отводится от её гибкого стана. Я знал какой она бывает, отлично помнил дрожь её тела под моими пальцами. Целовать её – всё равно что ласкать пламя огромного костра в ледяную ночь. Каждое прикосновение будет обжигать и отпечатываться на теле.