Академия Чародеев. Сердце правящего дракона

А кронпринц, странно дёрнув уголком губ, опустил взгляд и мрачно посмотрел на браслет на моей руке.

– Значит, нужно найти того, кто может перевести написанное, – перекрывая шум голосов, громко решил Рендал.

Опустилась тишина, мысль парня подхватил боевик Макдар:

– Кто-то из поклонников Тьмы, кто владеет древними наречиями.

– Или сама Тьма, – женский голос даже не смеялся, девушка говорила серьёзно.

В этом все боевики – даже абсурдные и бредовые вещи перестают быть таковыми, когда эти маги встают перед проблемой.

Соображают они молниеносно, варианты решений предлагают один за другим, и границ в такие моменты для них просто не существует. Известна конечная цель – и они до неё доберутся. Неважно, какими путями.

Началось бурное обсуждение. Умудряясь слышать друг друга и даже продолжать мысли, маги начали раскладывать проблему по составляющим. За считанные минуты практически единогласно было принято решение сделать короткие выписки из дневника, о местонахождении которого помимо Эрика должны знать ещё всего двое – кто именно, решится жеребьёвкой.

Остальные приступят к масштабным, но максимально засекреченным поискам переводчика, которого тоже единодушно было решено искать в самой Тьме среди Лордов, сопротивляющихся зову Безумного императора. Основную ставку сделали на лорда Кейсад, правителя подпространства.

Дальнейшего разбора плана наших действий не случилось.

– М! – сидящая за два человека от меня менталистка Йона издала короткий болезненный стон, как от удара.

На звук среагировали все, боевики раньше и быстрее, кто-то из них же оплёл девушку глухим непроницаемым с её стороны щитом, но Йона медленно выдохнула и прошептала помертвевшими губами:

– Дядя зовёт.

Раньше, чем она успела договорить, призывно засиял родовой перстень на среднем пальце Лашира, послышался звон чье-то артефакта, шипение.

– Заседание завершилось, – глядя на кольцо на левой руке, напряжённо сообщил Эрик.

Было заседание? А что обсуждалось? И почему почти треть присутствующих куда-то вызывают, а сами они выглядят мрачными, встревоженными и не ожидающими ничего хорошего?

– Что решалось? – спросила я прямо.

– Ты бы знала, будь ты в стране, – осадил резко поднимающийся кронпринц, не позволяя никому другому даже попытаться ответить.

Повисла пауза.

– Ты знаешь, где я была, – проговорила тихо, но чётко.

Боевик дёрнул головой, недоверчиво усмехнулся и вскинул на меня обжигающе-обвинительный взгляд.