Если сердце любит

Пока некромант не будет пойман. Но папа продолжал возмущаться, и в какой-то момент его речь завершил звук рвущейся бумаги.

Письмо разорвал, не иначе.

Вздохнув, я взялась за перила и возобновила путь.

Неделя после нападения пролетела одним днём. Насыщенным и резко выбивающимся из привычного течения жизни.

Семейный целитель назначил мне курс восстанавливающего зелья — как оказалось, множественное использование порталов вкупе со стрессом пробило брешь в здоровье. Теперь на протяжении двадцати дней нельзя прибегать к магии! До отъезда в академию оставалось совсем немного, и я понимала, что первое время не смогу колдовать в её стенах.

Папа сказал, это не проблема. Ректор САРМа в курсе случившегося с нашей семьёй.

Шарлин в себя не приходила. Продвижения в поисках нападавшего тоже не было. Он словно и не существовал вовсе: магический след из торгового квартала оборвался в развалинах на окраине города, а мой потерянный кинжал даже не отображался на карте. Кстати, Рабастан с того дня ни разу у нас не появился.

Я этому втайне радовалась, хоть чувствовала себя неблагодарной сволочью. Он с головой ушёл в расследование преступления, а я испытывала облегчение из-за отсутствия внимания к своей персоне.

Вчера я впервые вышла за пределы поместья, побывала у Норрингтонов на дне рождения подруги. Но надолго не задержалась. Нанятые папой телохранители не выпускали меня из вида, что жутко раздражало.

Единственным лучиком света был Джеймс, стремительно шедший на поправку. Скоро его должны вывести из магического сна, и тут вставал совсем другой вопрос: как случившееся повлияет на психику пятилетнего мальчика.

Он очнётся, а мамы рядом не окажется. И меня, и Лисандры, и бабушки с дедом. Лишь взвинченный, напряжённый от недосыпа отец. Генри Крейн воспринял случившееся очень болезненно да ещё сделал крайне неприятные выводы. Обвинил во всём моего папу. Что тот вовремя не разрешил конфликт с таинственным некромантом, из-за чего пострадали Шарлин с Джеймсом. Меня он в расчёт не брал, ведь в конечном итоге я осталась относительно здорова.

Подойдя к своей комнате, взялась за ручку двери и замерла. Оставаться в одиночестве сейчас — последнее, чего хотелось. Скосив взгляд в сторону спальни Фабиана, двинулась к ней. Постучала. И, услышав: «Открыто», вошла.

Он сидел за столом, сосредоточенно выводя строчки на листе бумаги.

Заинтересовавшись, подошла ближе. Склонилась, обняв со спины, и положила подбородок ему на плечо. Фабиан писал письмо.