Тайная жена, или Право новогодней ночи

— Лили Рыжая, ты сама золото, — неожиданно серьезно произнес Орланд. — Такая бойкая девушка наверняка мечтает принести пользу клану и в чем-то обойти братьев.

4-10

Резко отвернувшись, я отошла к окну. За ночь двор замело снегом, и праздничные столы казались крошечными островками посреди белоснежного моря. Домовые помогли маме убрать посуду, а на кухне уже пекли праздничные пироги с сюрпризами, которые принято отправлять соседям через случайные порталы. Впрочем, мне сейчас впервые за десять лет было не до них.

Уж не знаю, как это Орланд сделал, но он попал в яблочко, а его слова меня крепко задели. Братья с детства знали о своем предназначении. Так Красс был воином, Гилл и Далл — мастерами оружейниками, а Оллин прекрасно разбирался в огненных камнях. На природные способности братьев указало священное пламя, никогда не дававшее прогнозы насчет девочек, ведь даже самая талантливая гномка могла в любой момент счесть, что семейный очаг для нее важнее дара. Так и Дейзи, с удовольствием проводившая время в ювелирной лавке, в последнее время чаще задумывалась о новых нарядах, чем об эскизах будущих украшений.

И тут я не могла ее упрекнуть. Семнадцатилетняя девушка грезит больше о чувствах и чудесах, которые ей подарит окружающий мир.

Мне хватило единственного чуда, случившегося в канун Нового года.

Попадание в Архонт.

Всего одна шаровая молния разделила мою жизнь на две части. Долгая болезнь и сложная адаптация во внезапно помолодевшем теле немного приглушили яркость моих воспоминаний, но не лишила их.

Я осталась в здравом рассудке и четко понимала, что со мной происходило, и что потеряла.

Я могла бы возненавидеть и новый мир, и магию, отнявшую у меня прошлую жизнь, но в семье Смолла Меднобородого у меня не было и шанса превратиться в злобного гремлина, обвиняющего других в своих бедах. Гномы меня спасли, приютили и меньшее, что я могла для них сделать вначале — быть благодарной.

Любовь к этой семье родилась не сразу.

Да никто и требовал ее от меня. Просто папа Смолл смастерил для меня переводчик и, как только я встала на ноги, начал брать меня с остальными детьми в мастерские. Именно там я впервые увидела, как зарождается жизнь в механических големах, как пробуждается скрытая сила волшебных камней, а украшения становятся удивительными артефактами.

Если папа Смолл познакомил меня с прикладной магией, то мама Орана открывала для меня весь Архонт.