За горизонтом

Стоящий рядом с ним Мальциус, напротив, всем своим видом выражал готовность к решительным действиям и даже начал осматривать зал на предмет врагов Родины.

Более удобного случая сбежать и представить себе было нельзя, но Рита боялась пошевелиться. В её воспаленном разуме вертелись десятки вопросов, но самое главное - неужели опять? Тот резкий приступ отчаяния и ярости, та самая сфера… С трудом сосредоточившись, она к своему ужасу увидела перед собой бледно-синее облачко.

Кто-то начал трясти её; Рита пришла в себя и увидела отца.

Эбенизер смотрел на неё злобно, и в то же время с ужасом. Его губы тряслись в попытке издать хоть один звук. Но огонь в его глазах уже много чего сказал.

- Мой сын! Мой сын! Его убили! Это было покушение! Покушение! Я требую найти виновного!!! - кричал обезумевший от горя Реулус.

- Его не убили, он просто без сознания! - кто-то спокойным тоном ответил ему.

Тут же рядом с Эбенизером оказалась запыхавшаяся Эйнира. Бросив на девочку полный животной ярости взгляд, она обратилась к мужу:

- Уведи её, немедленно! Пока никто ничего не понял! Ну!

Эбенизер будто отошел от оцепенения и в следующую секунду он грубо схватил дочь за руку и потащил её к маленькой неприметной дверце в углу.

Тихий скрип - и вот они в узком темном коридоре, тускло освещенном редкими факелами.

- Что ты натворила?! - прошипел отец, продолжая торопливо вести свою дочь к винтовой лестнице, предназначенной для слуг.

- Что я сделала?! - спросила Рита. Она была не сколько напугана, сколько удивлена: наконец-то Эбенизер заговорил с ней, перестал игнорировать, заметил её.

- Не притворяйся! Ты его отшвырнула от себя. Я видел…

- Я ничего не делала!

Хранитель резко остановился и отвесил дочери пощечину. Громкий шлепок эхом унесся вдаль по коридору и растворился в темных глубинах лестничного пролета.

Рита вздрогнула и начала потирать щеку. В глазах заблестели слезы, но не от боли - её девочка почти не чувствовала - а от обиды. Долгое время она считала отца опорой, защитником, который несмотря на свой суровый характер всегда готов был прийти ей на помощь.

Он был единственным человеком в замке, которого она считала по-настоящему родным и близким. Не нянечке, не мачехе и не служанке она не доверяла так сильно, как родному отцу… Который впервые за долгое время соизволил заговорить с ней, но лишь затем, чтобы выплеснуть на нее свою злобу и ударить.

- Откуда ты взяла его? - вдруг спросил он.