Великая княжна. Live

Щеки: отечность, бледность, – невозмутимо продолжало зеркало.

– Одним словом, лицо‑подушка, – прокомментировала Екатерина, недовольно пощипывая себя за нос, который в обычном состоянии имел форму греческого, но сейчас больше напоминал картофелину сорта «сиреневый туман».

Высказавшись на тему искусанных губ и спутанных волос, которые ни один льстец в мире не назвал бы сегодня «антично‑бронзовыми прядями» (любимое выражение одного телеведущего), зеркало перешло к хорошим новостям:

– Рекомендовано для глаз: тени дымчатые «Хозяйка Медной горы», тушь объемная «По небу полуночи ангел летел»…

На гладкой поверхности начали появляться картинки подходящих косметических средств – продукции известной российской фирмы «Наша Маша», которую предпочитала великая княжна.

Среди прочего зеркало предлагало хозяйке воспользоваться перламутровой пудрой «Задремали звезды золотые», рассыпчатыми румянами «Умылася в снегу» и помадой «Я на свете всех милее».

Принцесса, нахмурив тонкие русые брови, изучала свое потрепанное отражение в кольце сияющих советов.

В серо‑зеленых, царственно непроницаемых глазах, доставшихся Екатерине от прапрадедушки Николая Второго, сегодня плескались горечь и гнев.

Великая княжна невесело усмехнулась. Гнев – какое своевременное чувство. Джим прямо в точку попал, расставшись с ней 28 февраля. Ведь 29‑го, раз в четыре года, вся страна празднует День Гнева.

Традицию ввел как раз‑таки прапрадедушка Николай Второй – после страшной швейцарской революции 29 февраля 1904 года.

Тогда закачались все европейские троны – от Адриатики до Ла‑Манша. Монархи десятка стран с ужасом следили за тяжелым рождением коммунистического государства. Вековые устои процветающей страны ломались как спички под давлением обезумевшей «власти рабочих и фермеров». Точнее, работниц и фермерш.

Идейный вдохновитель восстания, невзрачный с виду, но обладающий дьявольским умом уроженец российского города Симбирска сумел сыграть на самом сложном инструменте – женском характере.

В любой точке земного шара обязательно найдутся вечно недовольные всем вокруг женщины. Наверное, даже в раю изредка попадаются особо придирчивые души, капризно поджимающие накрашенные губы и цедящие что‑то вроде: «Ах, так это и есть ваш хваленый рай? Вообще‑то я думала, что в приличных местах амброзию водой не разбавляют».

Обнаружились таковые брюзжащие гражданки и в благополучной Швейцарии.