Поцелуй для спящей принцессы

— Разрешите мне сесть?

— Так и быть, садитесь, — смилостивилась принцесса. И заметила все же: — Удивлена, что вы не ушли в другой конец сада. Вас так смущает мое общество, или я ошибаюсь?

— Ты чересчур сурова к принцу, Ада, — заметила Микко. Как подруга… Как раньше. Лицо её вновь выглядело расслабленным, будто и не случился между ними тот серьёзный разговор… — Принц, я подозреваю, попросту слишком сильно взволнован.

— Что вы, что вы, — Дар покачал головой. — Я спокоен как никогда, или, я бы даже точнее сказал, как никогда умиротворен… Если того желает ее высочество, а уважаемые Ричиэлла и Микко не имеют ничего против, я, так и быть, осмелюсь занять место за вашим столиком.

— Располагайтесь, принц, — смилостивилась Риччи.

— Да, — поддержала Ада. И Микко кивнула.

И ведь он сел! Прямо напротив Ады. И в самом деле нельзя было сказать по нему, чтобы он чего-то там боится. Дар хорошо владеет собой. Нужно отдать ему должное. А вот Ада с этими всплесками язвительности, пожалуй, всё же переигрывает…

Летта и его наградила тарелкой тыквенно-грибного супа; и ему подала второе — нежное филе дикой птицы с поджаристыми кусочками картофеля.

Даже десерт для Дара нашёлся — слойка с нежным сливочным кремом.

— Расскажите что-нибудь, — вдруг попросила Ада. — Судя по всему, я очень много времени провела в тишине. Это я не вам предлагаю, принц, — на всякий случай заметила она. — Вы обедайте. Не отвлекайтесь.

Она улыбнулась тоскливо.

И Микко ответила ей точно такой же улыбкой — кто у кого, интересно, позаимствовал:

— Истории о звездах и горах?

— Звезды и горы… — повторила Ада.

— Мне так жаль, Микко. Мне всегда было жаль, что всё получилось так; но сегодня утром, когда тетя сообщила мне о моей матери, я поняла тебя наконец.

— Великая цветочная королева всегда в наших сердцах, — заметила Микко тихо.

Губы Ады задрожали. Она поняла, что в один миг приблизилась к пропасти и вот-вот утонет в море собственных слез, если не сделает шаг назад.

— Давайте лучше о простом, — попросила она. — О моде. О людях. О войнах. Не успела ли Светославия с кем-нибудь поссориться?

— О, в Светославии ничего не изменилось, — ответила Риччи. — А если и изменилось, то так незначительно, что никоим образом нас не коснулось.

— Как же поживает Лирия? — продолжила интересоваться принцесса. — Стала ещё пестрее прежнего? Теперь, наверное, по улицам и вовсе невозможно пройтись — так рябит в глазах.