Поцелуй для спящей принцессы

На мгновение задумавшись, фея ответила:

— Последний раз я была в столице лет восемь назад, да и то — лишь забирала бумаги. По моим впечатлениям, она, напротив, стала немного размереннее и степеннее.

— Точно, — Ада фыркнула. — Ведь у престола не стоит теперь та, у кого в крови любовь к ярким краскам… Интересно, а как же король? Изменился ли он за десять лет? Постарел ли? Мы ведь совсем скоро отправимся к отцу? — спросила Ада.

— Сначала письмо, — отозвалась Риччи загадочно.

— Разве не должна я встретиться с ним прямо сейчас? Я ничего не имею против обеда, и всё-таки меня учили… Меня готовили думать в первую очередь о королевстве.

А потом я смогу вернуться сюда, закончить начатое, если нужно. Разве не это должно стоять на первом… — С каждым словом принцесса распалялась все больше.

— Кита, тихо, — пробормотал Дар. Ада резко перевела взгляд на него. Спросила:

— Что такое?

И прозвучало это грозно-грозно. Хотя Ада даже не старалась.

— Все хорошо, ваше высочество, — произнес Дар. — Взволновавшаяся собака решила вмешаться в происходящее — едва удержал ее от того, чтобы она не запрыгнула на стол.

— Да, — Ада заправила за ухо светлую прядь волос. — Я и в самом деле вновь… Не обращайте внимания. И называйте меня Адой, пожалуйста.

— А вы меня — Даром, — и он незаметно для остальных подмигнул принцессе.

— Хорошо, обойдемся без историй, — Ада вздохнула.

— Дар рассказывал, — вмешалась вдруг Летта, приблизив к их столику на четверых еще один стул, — раньше в его море водились киты. Поэтому так он и назвал свою собаку.

А я никогда не видела море вживую — только на картинке. А вы, Ада?

Летта улыбнулась так солнечно, что принцессе стало немного легче дышать.

— Приходилось, — ответила она. — И даже море Дара. Без китов. И давно они погибли?

— Века четыре назад, — ответил Дар. И заметил тут же: — Летта, я восхищаюсь вашими кулинарными талантами…

— Так давно… — Ада передёрнула плечами. — А у нас раньше какие-то собачки водились, помните? Даже я видела пару. А потом их не стало.

— Небесные, — подсказала Летта.

— И правда. А что с ними стало?

— Слишком красив был мех, — ответила Микко. — Небесные… потому что как облака. Белые, с серебристым отливом. И глазами голубыми. Тоже их помню. Они и у нас водились, пока не ввели моду на белые меховые воротнички. Вот вам и разговоры об обыденном.

— Они упоминались в одном стихотворении Грифа, — заметил Дар. — Видимо, уже после того, как исчезли.

— Увлекаетесь стихами Грифа? — полюбопытствовала Риччи.