Чужак в зеркале

– Мне непривычно ужинать с тобой, но будто без тебя…

Я ловила каждое слово мужа. Его речь я распознавала с трудом. Я не могла понять, что за ней стоит – боль, обида, гнев? Усталость смазывала краски, мной ощущался только холод и отстранение, отчего внутри всё затрепетало: вот, оно! Вот здесь всё оборвётся! Здесь! Смакуя каждый миг, я продолжала идти будто на тонкому льду, пыталась нащупать с каждым шагом остриё лезвия, что принесёт мне погибель. Но лёд держал, а лезвие всё не показывалось, отчего от каждого мгновения мне становилось только тошнее.

– Хазрар, послушай, я многого не смела тебе сказать, – прежний страх остался за плечом, присутствуя, но не вмешиваясь, он торопил, и мне хотелось всё отпущенное им время истратить хотя бы на спасение детей, пока от прикосновения опасности я окончательно не потеряла рассудок. Вот только муж поднял руку в требовательном жесте.

– Нет. Не говорила, и сейчас не стоит.

Запрет подействовал на меня, как покрывало из инея, укрывшее с головой. Лишь какая-то кроха тепла дрожала под грудью, пока я сжимала челюсти, дабы не упасть перед мужем ниже клянчащего пощады преступника.

– Я сам узнал, и мне этого достаточно.

«Достаточно для чего?» – ударила меня мысль, как тычок под горло, перехватывающий дыхание.

– Тогда тебе стоит знать, что я делала всё возможное от меня, чтобы Клан не пострадал от рук Вайрамо!

Говорить оказалось невыносимо больно. Я так давно лелеяла этот гнойник, боясь его даже коснуться. Да его нельзя было не только трогать, но и думать о нём! А я не только вскрыла его, но и воспользовалась при этом самым большим и острым ножом.

И почему мне казалось, что, сказав слово, даже если это принесёт мне боль, мне будет хоть чуток спокойнее? Мне было известно, чем я заплачу за такую правду, я уже была готова перейти к расплате, даже больше – мучилась от того, что Хазрар медлит со своим шагом.

– Да, это, безусловно, у тебя получилось. Ты справилась.

«Похвалил? Или это была злая шутка?» – от проскользнувшей мысли было одинаково неприятно при любом раскладе.

– Справилась?..

Мне вспомнились не шантаж Залсара и заговор его семьи, а счастливые моменты с Хазраром. Я любила его тогда, всё так же безумно и бездумно. Душевно ликовала, когда целовала и ласкала его, когда в сотый, а то и в тысячный раз изучала каждую черточку его лица. И я продолжала его любить, даже чувствуя горечь от слов.