Чужак в зеркале

Да, тогда я ждала приезда сах’гара-жениха. Призналась ему, впервые в жизни, в своих чувствах, осмелилась поцеловать и была не против, если меня разорвут на кусочки за близость. Как я жаждала тепла Хазрара!.. Однако,..

– Опоили, дали глотнуть дыма. Что с того? – промелькнувшая мысль о безопасности расслабляла. Меня всё ещё беспокоило местоположение и состояние Савитара, но хоть за жизнь детей и свою я почти не волновалась.

– Это сложно объяснить парой-тройкой слов. Знаешь, в моей семье из Пауков я знал только деда.

Лишь он мне мог полно раскрыть тайну Крови. Дед немало говорил об осторожности с нашей непростой силой. Он даже не считал это проклятием, как в своё время довелось принять мне…

Задумчиво вздохнув, Хазрар прилёг на постель и потянул меня за собой. Раздумывая над продолжением, он гладил меня по растрепавшейся косе волос. Я ответно прижалась к его плечу щекой.

– Дед говорил, что каждый на свет появляется нагим, но это состояние не длится долго. Изо дня в день, из года в год мы сами надеваем одежду и те, кто нас окружает, облачает нас в оную.

Надеваем и снимаем. Кто-то рвёт наряд и штопает его, кто-то продолжает носить рваньё, кого-то вываливают в грязи. Дети, родившиеся у одних родителей, будут отличаться. Вот той самой одеждой, хотят они или нет. Только зовётся она иначе – нрав, тайны, принципы…

Задумчивая усмешка выдохом защекотала лицо. Мне было приятно от мысли, что я пробудила в милом греющие его теплом воспоминания. Звучащая для меня история же открывала ту сторону мужа, которую открыть мне было просто некому.

– Сколько же мы навешиваем на себя за жизнь! Порой и сами не знаем всего, а порой – просто не желаем вспоминать. Или ещё страшнее – боимся вспоминать. Я знаю, что за байка ходит по миру о моих Братьях-по-Крови. Будто бы влюблённый Вдовец не тронет возлюбленную. Это наша, Паучья, тяжёлая цепь под нательной рубахой. Убьём, ещё как убьём, будем страдать от этого, и продолжим с этим знанием рвать.

Потому и держим остальных подальше от себя. Чтобы не клеймили убийцами… И я мог, несмотря ни на что… Но как бы я тогда потом жил... без тебя?

Шёпот мужа напряг меня. Хотелось с обидой зашипеть, отодвинуться от него, но в душе ничего дрогнуло от мысленного порыва. Лишь равнодушно пожали плечами и напрягли слух, не спеша разжимать хватку на одежде.

– Дед говорил, что Боги, наделяя нас в утробе силой Крови, дарят тем самым нам самый первый подарок.