Чужак в зеркале

Кажется, вся моя память о Вдовцах собралась во сне воедино. Образ, холодящий кровь и опаляющий властностью. От него волосы встают на загривке дыбом, а какое-то ропщущее существо, скрытое даже от меня, искало в нём – о, ужас! – покровительства. Да разве нужно такому существу что-либо ничтожное? Этому воплощению могущества владык Севера… Что в нём осталось от человека? Резкие изгибы тела, размах плеч, лицо… Но не горящие огнём глаза, не закованные в чёрные латы Крови руки и грудь – шипастые, как тёрновник, щитки, литые и блестящие.

Но не без даров Севера. Как без них? – Меховая накидка и острый клинок из чернеющей стали. Истинный предводитель наступающих с севера мглы и холодного ветра!

– Залсар не боялся тебя. Для меня же ты был единственной помощью, – я подняла взгляд на мужа и почти тут же опустила его до дрогнувших в улыбке губ.

– И поэтому ты попросила меня помочь? – прикосновением к подбородку Хазрар заставил снова взглянуть ему в глаза.

– Откуда… ты знаешь? – я почти не слышала своего шепота.

Беззвучная улыбка казалась даже громче него.

– Ты звала меня сквозь сон. Прости, пожалуйста, что пришлось снова провести тебя через весь этот ужас, – муж поцеловал меня в щеку, и его губы замерли у лба. – Прости этот эгоизм. Я так боялся, что ты попросту сойдёшь с ума.

– Ничего не понимаю, – отстранившись, я вцепилась в одежду супруга и всматривалась в его лицо. – Я ничего не понимаю!

– И не должна. Не должна даже знать, – Хазрар гладил кончиками пальцев мои губы и щёки. – Видишь ли, это был единственный способ, что помог бы мне понять, что твоё отношение ко мне не изменилось после того, как ты узнала про свою семью и брата.

Это секрет кланов Пауков и тайна, в которую мне придётся тебя посвятить. Чтобы точно быть уверенным в твоём доверии.

– Ты не достоин моего доверия? – прикосновения мужа приятно барабанили меня по затылку, пьяня.

– Всё куда сложнее, моя душа. Знаешь, уже дважды я тебя дурманил этим составом. И дважды ты звала меня, – Хазрар поцеловал меня легонько в нос, а потом добрался до губ.

Их мягкость туманила мне разум до тех пор, пока я продолжала чувствовать тепло поцелуя.

– Ты опаивал меня? – мне подумалось, что ещё одна новость ужалит меня, но прилагающиеся к этому опасения мужа за меня затупили иглу.

– Только в этот раз. Прошлый раз была курильница, – милый отвел взгляд и усмехнулся. – Это случилось совсем незадолго до того, как Север назвал тебя моей женой.

Мне очень хотелось вспомнить подробности этого давнего дня.