Отравленная кровь

— Вас проводят к ней. Говорите, сколько пожелаете, только не применяйте силу. На Иллари не принято пытать заключенных.

Дарквинн промолчал. Буквально вчера на празднике он видел, как у них запрещены пытки. До сих пор желудок переворачивается от воспоминаний. Но, видимо, что позволено императору, то запрещено простым смертным. Впрочем, он пытки не планировал. У него имелся инструмент понадежнее – соприкосновение ладоней.

Энергия Инги ему не нужна, солнце Иллари достаточно подпитывало Дарка, но через соприкосновение он мог заглянуть в ее мысли и чувства.

Была только одна загвоздка – опасность установления связи между ним и девушкой. Когда пропускаешь чужие эмоции через себя, они волей-неволей оставляют в тебе след, соединяя с человеком. В последствие лишь смерть в состоянии разорвать эту связь.

Арифметика проста – чем больше забираешь, тем больше в тебе задерживается. Если не брать энергию, сосредоточившись исключительно на информации, то она пройдет через тебя как вода через сито.

Конечно, что-то все-таки осядет, но это будут крохи. Проще говоря, связь устанавливается через энергию, которую берешь. Совсем не брать энергию не получится или это уже будет не соприкосновение, а просто рукопожатие. Но если взять совсем чуть-чуть, то связь будет тонкой, как нить паутины, и в скором времени оборвется сама собой.

Мало кто использовал соприкосновение таким образом. Во все века гелиосов интересовала исключительно подпитка энергией, мыслеобразы сопровождающие ее воспринимались досадной помехой.

Плюс сказывался запрет, но ради дела Дарк готов был рискнуть. К тому же на островах не было посвященных жрецов Небесного отца, способных заметить нарушение и наказать за него.

Дарку позволили остаться с девушкой наедине. Он поставил мальчишку-подручного дежурить за дверью, чтобы никто не помешал. Им с Ингой предстоял серьезный разговор.

Из-за распухшего от слез лица Дарка едва узнал ее. Девушку словно осы покусали. Она вздрогнула, когда он вошел.

В глазах плескался страх.

— Что со мной будет? — с ходу спросила она. — Меня казнят?

— А есть за что? — Дарк присел напротив нее. Не считая двух стульев в небольшом помещении ничего не было. Отсюда вела единственная дверь и ни одного окна. Чтобы попасть сюда, он долго спускался по лестнице. Видимо, сейчас он был на подземном этаже.

— Я ничего не сделала, — заверила его Инга. — Я даже не понимаю, в чем меня обвиняют.