Отравленная кровь

Гай и другие аристократы делали ставки на рабов, но с Эль он заключил пари:

— Не хочу спорить с тобой на деньги. Это скучно. Если твой раб проиграет, будешь моей должницей.

— Мне нечего тебе предложить.

— Ты себя недооцениваешь, — по сальному взгляду Гая не сложно было догадаться, на какую плату он рассчитывал.

— Богини нельзя касаться, — напомнила Эль.

— А я слышал другое. Говорят, даже рабы теперь дотрагиваются до Богини, когда пожелают. И это сходит им с рук.

— Он защищал меня.

Это другое.

— Вот как. Значит, какому-то рабу ты позволяешь себя касаться, а мне – нет.

Эль нечего было возразить. Чтобы она ни говорила, Гай все равно не услышит.

— А что получу я, если мой невольник выиграет? — спросила она.

— Ого, да в тебе, сестренка, проснулся азарт. Проси, что пожелаешь.

— Ты на год оставишь меня в покое. Никаких пари, шуток и попыток нарушить запрет, — о большем она заикнуться не посмела. Это и так слишком много.

— Договорились, — кивнул Гай.

Он не верил, что Рейн выиграет. Может, даже рассчитывал, что невольник погибнет. Что ж, такой исход нельзя исключать.

Перед тем, как Рейна увели, Эль посмотрела на него. Догадывался ли он, что его ждет и что поставлено на кон? Невольник едва заметно подмигнул ей. Мол, не волнуйся, все нормально. А как не волноваться, когда от глупого пари зависит жизнь. С тяжелым сердцем Эль провожала взглядом невольника. Оставалось надеяться, что он действительно так хорош, как о себе думает.

Глава 11. На волнах

Марика не знала, каким чудом ей удалось не завизжать от ужаса, когда она увидела перед собой следователя. Это невозможно! Как он нашел ее посреди океана? Но вот он – стоял перед ней. Внимательно приглядывался, и, кажется, читал ее как раскрытую книгу. Каждый ее мелкий проступок, не говоря уже о крупных прегрешениях.

Колоссальным усилием воли она взяла себя в руки. Следователь не рассмотрел ее лица в саду.

Максимум, что у него есть, ее описание с чужих слов. Хорошо, что она изменила цвет глаз и волос. Это собьет его с толку. Пока он не торопился ее арестовывать, а значит сомневался.

Она на ходу сочинила басню о родственных связях с покойным лордом. Старик вряд ли был бы против. Он умер, защищая ее, так пусть его смерть не будет напрасной. Подтвердить легенду легко. Все на «Фортунате» множество раз наблюдали их совместные прогулки.