Твой небесный защитник

Кажется чревоугодие, зависть, блуд…Так?

- Ты знаешь их вразнобой, но надо по мере их значимости, то есть с самого первого, это Гордыня или Гордость, от которой рождаются и все остальные. Это корень всего зла, потом идут душевные - Гнев, Зависть, Уныние, Алчность и только потом телесные Чревоугодие и Блуд. Вот именно Первое, воспитанную тобой Гордыню, пытается подать Архангел и тем самым назначить новую жизнь, со значительным понижением.

- Что это значит, Виктор? Не пугай меня.

- Это значит, что следующая жизнь твоя будет полна испытаний на развитую в этой Гордыню, и я уже не буду твоим Ангелом-Хранителем, так как сам не прошел испытания.

.. тобой. Для меня ведь ты и есть мой урок. Пока все шло нормально, ты поднималась по лестнице развития личности, а вместе с ней и духовно. И я следил за тобой, вовремя помогал, как мог, а вот в этой жизни произошел срыв, и ты не смогла преодолеть его, скатилась до преждевременной смерти. Я пытаюсь показать, что это не только по твоей вине, что были обстоятельства, но очень трудно доказать это. Ах, если бы не твоя последняя поездка! У нас еще было время все подправить. Теперь будем рассчитывать на смягчение приговора. Очень на это надеюсь. Все зависит от следующего эпизода, что предоставит обвинитель.

Я смотрела на шагающего по комнате Виктора и уже чувствовала холодок в сердце от неизвестного будущего. Но, главное, то, что его не будет рядом! Это просто убивало наповал.

- Я не хочу! – мысленно кричала моя душа.

- Не хочу тебя лишиться! Я люблю тебя!

В это время прозвучал голос Архангела Иоанна, что он готов к обсуждению и приглашает нас. Мы вошли под руку и Виктор, посадив меня в кресло, погладил по щеке.

- Не волнуйся, девочка, все будет хорошо.

- Приветствую вас, Ангел-Хранитель и вас Светлана, а также Высший Совет на нашем последнем заседании по обвинению в преднамеренном прекращении жизни в связи с автомобильной аварией. Показ эпизода, который я выбрал, чтобы окончательно показать о все возрастающей Гордыне и как итог, преждевременной смерти.

Прошу, - и Иоанн повел рукой.

Воздух засветился, и передо мной открылась картина трехлетней давности, моя связь с непосредственным начальником Иваном Павловичем. И даже не сама связь, что в любом случае, неприглядно выглядит со стороны, а ее последствия.

После моего развода, было тягостное время моего одиночества, в котором не было места радости, одна безысходность.