Половина моей души

После того, как он престал игнорировать меня, наши отношения стали налаживаться: мы много разговаривали, он учил меня читать. Естественно, я прониклась к нему уважением и в какой-то степени привязалась. Но говорить о какой-то там великой любви, потребности постоянно быть вместе – ничего подобного не было и в помине.

– Я не люблю Его Высочество, – заметила я.

– Откуда ты знаешь? – усмехнувшись, уточнил Труар. – Тебе всего двенадцать лет. Возможно, тебе просто не хватает жизненного опыта, чтобы полностью осознать свои чувства?

Тут мне крыть было абсолютно нечем.

Кроме того, слова алхимика звучали довольно логично и крайне убедительно. И несмотря на это…

– Я не хочу, чтобы это оказалось правдой.

Лицо Труара тут же приобрело замкнутое выражение.

– Почему? – спросил он.

– Потому что это всё только усложнит, – я обречённо вздохнула и прикрыла глаза, чтобы Труар не видел, насколько мне тяжело это было говорить. – Я – дочь кузнеца. Орсэй – принц. Между нами лежит пропасть, даже если не брать в расчёт тот факт, что я владею магией, а Его Величество отправляет всех колдунов на плаху.

И про три тысячи лет, разделяющие нас, тоже не стоит забывать. Так что, с какой стороны ни посмотри, мы с Орсэем не можем быть вместе.

– Да, положение не из простых, – признал алхимик после непродолжительной паузы. – Но неужели ты готова сдаться, даже не попробовав? Раз магия позволяет твоей душе перемещаться к нам, возможно, мы сумеем найти способ перенести и тело?

Я открыла глаза и мрачно уставилась на Труара, за время разговора успевшего подойти ко мне непозволительно близко.

– А вы не допускаете такой мысли, что я не хочу перемещаться сюда окончательно? – стараясь не дать волю раздражению, спросила я. – У меня в моём мире, вообще-то, есть семья и дом, которыми я очень дорожу. Почему я вдруг должна отказаться от всего ради какой-то там мифической связи?

Теперь уже Труар не нашёл, что ответить.

– Полагаю, Его Высочеству вы тоже это сказали? – наконец, спросил он, внезапно переходя на «вы», и теперь в его голосе я отчётливо слышала презрение. – Сказали, что эта связь для вас ничего не значит?

– Я сказала, что не верю во всю эту чушь, – с вызовом ответила я. – В моём мире ни о каких половинах одной души никто никогда не слышал. И пока у меня не будет неопровержимых доказательств, я не намерена верить в эти ваши сказки.