Чудеса разрушенного мира

Седая борода свисала до колен, волосы торчали в разные стороны. Это еще ничего, но вот одет он был в костюм! Спортивный. Такие спортивные костюмы носили раньше четкие пацанчики с района. С боку три полоски, а на ногах кеды. Еще бы в руки четки и вылитый бывалый. Эээ…пацанчик на пенсии? Во рту у него была зубочистка, которую он перекатывал с одного уголка рта в другой. Из под кустистых бровей на меня с упреком смотрели серые старческие глаза.

Я впала в ступор и второй раз за день потеряла дар речи. Где-то в коридоре продолжал крыть русским трехэтажным облитый кот.

- Эй, малахольная, что ль. - обращаясь ко мне, старичок медленно оторвался от пола и стал подниматься, пока не оказался на одном уровне с моей головой. - Ау! Есть кто в пустой коробочке? - и постучал меня по голове.

А я. А что я? Мой организм перешел критическую отметку стресса и начал отключаться. Сначала вот мозг отказался воспринимать матерящегося кота и летающего гопника на пенсии, потом затуманилось зрение и все начало расплываться.

Я медленно осела на пол и на этом функция автопилота закончилась. Я потеряла сознание. Последняя моя связная мысль была о том, что раньше не замечала за собой склонности к обморокам.

Сознание возвращалось медленно. Мягкое покрывало и подушка под головой означали, что меня перенесли. Но кто? Не сама же я в бессознательном состоянии дошла до кровати? Да и зачастила я терять сознание. Глаза открывать не торопилась. Краем уха уловила яростное перешептывание. Хоть в голове еще не прояснилось, но шепотки настораживали.

Неужели не привиделось? Продолжая глубоко дышать, я старательно делала вид, что еще нахожусь в глубоком обмороке, а сама прислушалась.

- Ну ты стааарый! Акууууратнее надо быть! И деевочку нашу бееречь. А ты - говорил один мужской голос, который выборочно тянул гласные.

- А шо я - отвечал второй. Вот этот голос я узнала. Это старик-гопник.

- А то! Слышал я, как нашу Весю алкашкой называли и что мужичок по форме наведывался. Скажешь, не твоя работа?

- Так это-ж тут ведь такое дело, Василий.

Она ж со мной не поздоровалась, как надо, не представилась. Ну я и тогось.

- Чего тогось?

- Обиделся Малех. Сам жеж знаешь мой характер. Вспылил я.

- Кому рассказываешь! Я из-за твоего характера на улице полгода жил! Ну, я-то ладно, у меня впереди еще 7 жизней осталось. А вот у Веськи нашей одна. Она же дитё еще и про нас ничего не знает. Надо было аккуратнее, а ты. Ой, да что со старого взять.

- Как 7? Было ж 8! - удивился старичок.