Проданное сердце, или Хозяйка Медного озера

Моя жизнь изменилась, и меня это вполне устраивало.

Я больше не страдала по Андрису. Какое-то время мне были неприятны его собачьи взгляды издалека, но потом стало все равно. Керра поверила моим словам и держалась так, будто в ее доме поселилась ядовитая змея. Я с удивлением поняла, что она меня боится. Ненавидит – и боится. Это чувство не было приятным, отнюдь, но… вызывало какое-то удовлетворение. Словно отдали взятое в долг, да еще и с приростом.

Я не забыла ее неосторожные слова, о том, что через несколько месяцев в Альбигерне все может измениться.

Это вылетело от злости, но не было случайной оговоркой. К тому же слуги знали все, а от них доходило и до меня.

Стычки на границах с Анваром были чем-то обыденным с незапамятных времен. Однако в последние годы они участились и поставили Альбигерну на грань войны. Правитель как мог пытался избежать ее, понимая, что силы неравны. Армия Анвара была намного больше и сильнее, война могла принести нашей стране неисчислимые бедствия.

Однако некоторые – и их было немало! – считали, что лучше попросить соседей о покровительстве.

Это означало сдаться без боя и стать провинцией Анвара, как это уже произошло с несколькими мелкими государствами. Но король Диан ни за что не пошел бы на это, и в столице то и дело зрели заговоры против него. Ни один из них до сих пор не увенчался успехом, однако противники не сдавались. Возможно, если бы заговорщиков публично казнили на главной площади, их пыл поумерился бы, но в стране уже лет двести как отменили смертную казнь.

Я почти не сомневалась, что Керра и Андрис примкнули к одной из таких групп, готовящих очередной переворот. Конечно, можно было написать донос на обоих и избавиться от них навсегда. На пользу государству и к своей собственной выгоде. Но…

Я не могла решиться. Это казалось слишком уж подлым. А что, если я ошиблась? А даже если нет, меня, вероятно, схватили бы как сообщницу – ведь я же сестра, кто поверит, что ни в чем не замешана?

Поэтому я выжидала и наблюдала. Ситуация могла измениться и подсказать выход.

Напряжение висело в воздухе, как подступающая гроза. Было так же тяжело и тревожно, как в тот день перед лунным затмением. Но продлилось это недолго.

***

Мысли о том, что будет, если заговорщики добьются своего, я старательно отгоняла. Потому что понимала: ничего хорошего для меня. Тогда - только бежать из дома. Если, конечно, успею. Впрочем, и обратная ситуация могла обернуться крайне скверно. Но об этом я тоже старалась не думать.