Избранная Луной

Но сейчас интуиция молила отказаться.

— Извини, я не пью алкогольные напитки.

— А неалкогольные? — Встав перед ней стеной, парень заглянул в глаза. — Для меня готовят эксклюзивный напиток, ты такой одна тут не получишь.

Коктейли порой опаснее чистой водки, когда их готовит незнакомый бармен.

— Хорошо, удиви экзотикой. Но только без алкоголя!

— Хочешь, поклянусь? Ни капли спиртного там не будет.

Взобравшись на высокий стул, девушка улыбнулась настороженному брюнету за стойкой — весь диалог с Андреем он не сводил с нее напряженного взгляда.

— Как смена, Макс?

— Полный штиль, Мари. Такое ощущение, что народ пришел только танцевать.

— Вы знакомы? — ревниво поинтересовался Андрей.

И бармен поспешил ответить, опередив настроенную пошутить девушку:

— Да. Мария — моя кузина.

— Что же ты не рассказывал, что у тебя такая замечательная сестренка? — едва не промурлыкал Андрей.

К ее удивлению, Макс побледнел.

— Прости… я… я не думал…

Растерянность братца, с легкостью поднимающего автомобили одной рукой, открыла девушке глаза.

— Андрей, ты оборотень, как и Макс? — прямо спросила она, внутренне холодея. Ох, Ночь, только не вервольф!

Глаза нового знакомого загорелись интересом и скрытым торжеством:

— Да. А ты имеешь что-то против веров, ведьмочка?

— Нет. — На языке вертелось, что ее отец — тоже оборотень, но промолчала.

— Вот и отлично! — широко улыбнулся парень. — Макс, сделай Машеньке «Фиолетовую звезду».

Бармен уронил стакан. К счастью, толстый, для виски, и он не разбился.

— Как скажешь, Андрей…

На стойке возникли хайбол, весовое мороженое и бутылки с соком двух видов.

Таким потерянным балагура Макса девушка никогда не видела, и это натолкнуло на еще одно озарение:

— В стае Горобинских ты ведь не последний хвост?

Парень поморщился:

— Фу, как грубо о рангах.

— Я забыла, как у вас называется разделение власти.

— Власть не делится, стаей правят вожак и его сын, — снисходительно улыбнулся Андрей.

— А как же их помощники? Силач и умник?

— Ты правильно сказала — помощники, всего-навсего.

Наполняя хайбол мороженым, а затем ежевичным соком, Макс внимательно слушал разговор. И то, что он открыто нервничал, Марии не нравилось.

— Ты так говоришь, будто имеешь право отзываться о силаче и умнике свысока.