Мой соблазн

Открыл дверь для горничной, принёсшей поднос, и замер. Вокруг горничной едва заметно что-то светилось. Будто мерцающая дымка. Я несколько раз моргнул, решив, что у меня помутилось в глазах. Но туманное свечение не исчезало.

– Приятного аппетита, – улыбнулась горничная и, покачивая бёдрами, покинула апартаменты. Светящийся шлейф какое-то время ещё висел в воздухе, но вскоре рассеялся.

– И что это было? – спросил я, не надеясь получить ответ.

Нехотя начал есть. Но аппетит, было вернувшийся, после светового представления снова исчез.

И эспрессо стал не эспрессо, и прошутто стал не прошутто. Отодвинул от себя недоеденный круассан, решив, что незачем себя насиловать. Поем, когда захочется.

Из апартаментов вышел, готовя себя к чему угодно. И не зря. Едва двери лифта распахнулись в лобби, как я увидел ещё один световой шлейф. Немного другого оттенка, но в целом похожий на тот, что остался от горничной. Вышел из лифта и огляделся. В лобби было много народу, и каждый из присутствовавших слегка мерцал. От этого в глазах рябило и в голове снова начинало пульсировать.

Стараясь ни на что не обращать внимания, я направился к раздвижным дверям, ведущим на улицу, но мой взгляд невольно зацепился за сидевшего на диванчике пузатого мужичка с проекцией газеты. Он внимательно вчитывался в строки, и окружавшая его дымка, вилась и тянулась к изображению. Но не проходила сквозь него, а исчезала прямо в нём. Будто газета втягивала в себя свечение. Я замер, рассматривая мужичонку. Потом прошёлся взглядом по лобби, ища кого-то похожего.

За барной стойкой сидела длинноногая брюнетка. А на проекционном экране её коммуникатора шёл какой-то фильм или сериал. Она увлечённо наблюдала за видеорядом, который поглощал её свечение точно так же, как и та газета у мужичка.

– Это надо осознать, – прошептал я и, вздохнув, продолжил путь. Вышел на улицу и не без удовольствия вдохнул свежий утренний воздух. Поднял голову, подставляя лицо солнцу, и прикрыл глаза. Хотелось, чтобы омывающие меня тёплые лучи выжгли случившиеся за ночь изменения.

Но увы, когда я снова открыл глаза, мир по-прежнему мерцал.

«Похоже, это навсегда», – подумал я не без досады. Со своими прежними странностями я уже успел смириться и большинство из них находил полезными. Но это свечение… Какая польза может быть от него? Пока что оно сулило только непроходящую мигрень.

Сотрудники моего офисного здания светились ничуть не меньше прохожих. И я невольно искал среди них тех, чьё свечение растворяется в предметах.