Холодное сердце пустыни

Разве не ты обещал, что уйдешь из Турфана? Разве не ты клялся, что не сунешься к ублюдку Аману? Во что он тебя втянул?

А он-то надеялся, что она хоть чуть-чуть будет рада его видеть…

– Так вышло, – ровно откликнулся Пауль, скрещивая руки на груди, – и давай ты не будешь его оскорблять при мне, лилия моя. Шейл али Аман – много сделал для меня. И считается для Турфана моим братом, а лично я – после сегодняшнего дня могу назвать его другом.

– Другом? – она умудрялась кричать на него даже шепотом.

– Мун, ты неправильно поняла, – заметил Пауль, с тяжелым вздохом, – Шейл меня никуда не втягивал.

Острый пальчик девушки ткнул в серебряный медальон добровольца халифа на его груди.

– Вот эта вещь говорит о другом, – прошипела Мун яростно, – эта вещь говорит о том, что ты решил сунуться против Сальвадор, так ведь? Разве не он тебя заставил?

Она уже знала.

Пауль вздохнул, припоминая утренние события. Да, ему тоже тогда в первые несколько минут казалось, что сейчас его заставят стать участником сомнительной авантюры. А потом Аман усмехнулся, и заклятие иллюзии вернулось на место, вновь прикрывая шрам от ожога. На этот раз – гораздо более плотное, и точно выдержавшее бы пару не очень изощренных проверок. Именно тогда он и предложил Паулю – выпить с ним чаю, будто подчеркивая,что он может и отказаться…

– У меня с Шейлом своя договоренность, – отрывисто ответил Пауль, – его предложение мне понравилось.

– Пауль, какой же ты дурак, – Мун никак не унималась, – ты думаешь, что вы “договорились”, а я знаю Амана. Он тебя разыграл, заставил принять его условия, да еще заставил поверить, что никакого принуждения тут нет. Что ты сам добровольно решил стать самоубийцей.

– Да почему самоубийцей? – не выдержал Пауль.

– А ты веришь, что победишь Сальвадор? – едко поинтересовалась Мун. – Судью Пустыни, что сильна всегда до тех пор, пока вершит праведный суд?

– Ну, не всегда он у неё праведный, – Пауль качнул головой, – и у меня нету выбора. Я должен победить Сальвадор. У меня многое на кону.

– Ты не справишься, – простонала девушка едва слышно, – ты разве не понимаешь?

–Мун, победить можно любого, даже самого умелого воина.