Теодор и Бланш

– Молчите? Ну ладно…

– Маршбанкс, почему… – он замолчал.

– Что «почему»?

Теодор нерешительно продолжил:

– Почему вы сейчас так со мной говорите?

– Как?

– По-доброму. Все эти пять лет я слышал от вас только издевки… А сейчас вы начали вдруг говорить со мной по-человечески.

Она тихо засмеялась.

– Наверное, потому что вы чем-то это заслужили, милорд.

– Чем?

– Куча вопросов и ни одного ответа! Так чего бы вы больше стыдились? Я требую! Отвечайте.

Теодор глубоко вздохнул.

– Не знаю… Эта девушка мне никто, Маршбанкс, так чего ради я должен ее стыдиться? Конечно, мне стыдно перед Маргерит.

Она видела меня прежним, но теперь ничего не изменишь. Она знает, за что вы сделали меня таким, но с этим тоже ничего не поделаешь. Пожалуй, перед Маргерит мне стыдно за свое изменение, а не за его причину!

Марш нахмурилась.

– Вы сказали правду, но я бы не хотела, чтобы правда была такова.

– Вы так хотите заставить меня сожалеть о моем поступке?.. – Теодор поднял брови. – Боже, Марш, так я сожалею! Если б вы знали, как сожалею!.

. Но разве сожалениями что-то исправишь?..

– Это сожаления не вашей совести, а вашего себялюбия, – бросила она.

Он вдруг усмехнулся и впервые поднял на нее глаза, полные иронии.

– Откуда вам знать, Марш? – тихо спросил он. – Откуда вам знать?.. Я сам порой не понимаю себя. Во мне словно живут два разных человека, которые люто ненавидят друг друга. Да, сейчас, в двадцать лет, после всего, что со мной случилось, я не повторил бы никогда своего поступка.

Маршбанкс скользнула по нему саркастическим взглядом.

– Вы бы и не смогли. Посмотрите на себя. Любая женщина шарахнется от вас!

Теодор опустил голову.

– Я знаю, – почти беззвучно ответил он. – Так стоит ли говорить о вещах, по сути невозможных? Стоит ли мне стыдиться поступков мальчика, которым я был, но которого уже нет? Я сегодняшний ведь уже не совершил бы их….

– Вы как-то странно разделяете свою личность.

– Конечно. С тем Тедом у меня только общая память… и боль. Даже внешне мы не похожи!

– Вы ошибаетесь, Теодор.

Между вами очень много общего. Например, вы и он чрезвычайно много думаете о внешности. Только прежний Тед себя обожал из-за нее, а нынешний ненавидит. Прежний считал, что, раз он красив, то достоин всего самого лучшего. Нынешний считает, что, раз он уродлив, то не достоин ничего сколь-нибудь хорошего. Вы были и остались максималистом, Теодор. И по-прежнему оцениваете все, исходя из внешнего вида. Доброго дня, милорд.