Хранители цепи миров: срединный путь - Шемлад 2

Величественная и сильная женщина, что была принимающей и заботливой к нему, очень поддерживала.

– Ты уверен, в том, что сделал? – осторожно интересовалась Кютучи. – Сообщать кузнецу такие пугающие сведения…

– Она и так уже знает много. Может быть, мои слова помогут ей принять решение покинуть Шемлад. Она одинока и несчастна здесь, но теперь может вернуться на родину и стать кем-то значимым для соплеменников.

Он посмотрел на неё и немного подумав, произнёс:

– Закрой нас от слуха. – По воздуху прошла рябь. – Я усилил душу Юнаёти, думаю это и убедило его считать меня великим мастером звука.

Могу попробовать сделать такое же и с тобой. А ещё усилить твоё тело как Чамриру, сделав крепкой как бедномирец.

Страж звука выдержала паузу, прежде чем ответить.

– Меня, как и Чуйлуми пугают такие слова и сила. Ты словно предлагаешь, отвергнув моё естество, стать кем-то другим.

– М-да, понимаю, – вспомнил он похожие впечатления.

– Но когда мы встретимся с мастером Юнаёти, возможно, это придаст мне смелости позволить себе подобные изменения.

– Понятно. Ладно, мне надо поговорить с Чуйлуми и я опаздываю, – напомнил он в первую очередь себе. – У меня ведь есть девушка где-то далеко. И мне сейчас придётся объяснить Чуй, что моя симпатия к ней, это…

«Ошибка? Нет, она переживается как настоящая. Но тогда как назвать?» – задумался он.

– Это жизнь и её звучание, – улыбнувшись, завершила его мысль Страж.

В таком ответе не было решения, но была поддержка. Любить это действительно про жизнь.

Кютучи, оказалась на удивление понимающей, всё больше становясь ближе.

– Спасибо, – неловко ответил он и заулыбался.

– Мы знакомы довольно мало, но твоя откровенность удивляет и приятна мне. Всё так, словно мы живём в мире без угроз, где можно отбросить шум и ярость бушующих сил и позволить себе слабости.

– Надеюсь, ты не о той увлечённой попытке тебя приобнять как друга? Ты же поняла, что это был дружеский жест?

– Я об историях, что ты смело рассказываешь мне и другим. Пытаюсь понять, зачем эта открытость?

– Скорее почему, а не зачем, – устало заговорил он.

– Они все исцелены от ограничения, и я хочу видеть их друзьями, а ещё живыми и счастливыми. Вот и всё.

– Но зачем?

– Ну, кто-то же должен… – ответил он и опустив взгляд понял, что уходит от ответа. – Хочется оставить, что-то после себя, друзьям. В сущности, я один, у меня никого нет, и я в любой момент могу исчезнуть. К тому же теперь я странный, и потому держусь за тех, кому симпатичен.