Хранители цепи миров: срединный путь - Шемлад 2

Например, я помог Сильцуми и Чуйлуми и они со мной теперь. Но я сделал это грубо, без сострадания, так как не знал их. Но во мне не было злости. Однако другие люди расценили бы это как насилие, даже злодейство, и я могу их понять. Но всё равно, не согласен, ведь насилие это про попытку унизить, разрушить, а у меня их не было, я действительно пытался помочь. Но большинство критически отнесётся ко мне, так как они сами злы, вот и видят мир и меня, такими же. Поэтому и хочется оставить друзьям что-то после себя, может быть в этом моя маленькая роль.

–Проникновенно, мне необходимо обдумать твои слова.

– Вы ведь страж звука? – окликнула их незнакомка.

Отклоняя попытки втянуть их в беседу, Владимир и Кютучи добрались до гостиницы Чуйлуми.

– Пожалуйста, останься здесь и не подслушивай нас, мне будет стыдно. И прости это не недоверие, просто мне неловко.

– Будь спокоен, я сделаю так, чтобы вас никто не побеспокоил, – серьёзно ответила страж.

– Спасибо, – сказал он и поспешил.

Чуйлуми очень нравилась ему.

Нет, он почти любил её, а почти было связано с личным запретом. Ведь сразу двоих любить нельзя. Так не бывает, всегда есть кто-то один, единственный и неповторимый. В идеале...

Постучав в дверь, он ощутил, как в волнительно забилось сердце.

– Сейчас открою! – послышалось в ответ, легкий шум шагов и дверь отворилась.

– Приятной встречи, – грустно произнёс он, взгляну в её красивые, голубые глаза.

– Мы виделись этим днём, – ответила она и отвела взор.

На ней сияла длинная белая юбка и плотная облегающая рубашка, подчёркивающая небольшую грудь.

Такое происходило впервые и не могло не волновать. Нет не сама грудь, а попытка заявить о себе. Показать, что она тоже значима и интересна как женщина. Впрочем, очертания груди и проглядывающие в центре пимпочки, или кнопочки, тоже волновали…

– Ты права, – скривившись от нечистых мыслей, ответил он и вошёл.

Чуйлуми замерла во все глаза глядя на него в неком тревожном ожидании. Владимир закрыл дверь и не знал, что делать дальше. Он опять повернулся к двери и закрыл на ключ, а затем вновь повернулся к ней.

Несколько долгих мгновений они так простояли, он задумчиво смотрел в сторону, испытывая колоссальную неловкость, ведь надо было с чего-то начать.

– Я обещал поговорить, – напомнил он, посмотрев на неё.

– Верно, прошу, проходи, располагайся как тебе удобно. – Она суетливо завертелась, поспешила к столу, стала передвигать посуду с угощениями.

Пройдя вперёд на деревянных ногах, Владимир сел за стол.