Опаленные души. Часть вторая: Зеленое пламя

Она старалась… действительно старалась улыбаться и играть со своим сыном, но иногда ее руки начинали бесконтрольно дрожать и накатывал отупляющий ужас… иногда ей казалось, что она давно сошла с ума, и Габриэль лишь еще одна кукла, что она создала в приступе безумия.

Поэтому… возможно это нормально, что ей все равно. Ей, и вправду все равно, но…

Тогда почему она стоит здесь?

– Ты действительно считаешь, что ваша глупая гордость того стоила? – тихо спросила пустая кукла, обращаясь к сжавшейся в комок девочке, сидящей посреди коридора.

Девочка крупно вздрогнула и начала быстро вытирать лицо рукавом. После чего рвано выдохнула и подняла глаза на одну из безликих кукол этого жуткого, мертвого особняка.

– Это не глупая гордость, – хрипло сказала Лидия – мы род воинов. Если мы не сможем защитить своего сюзерена, то будем опозорены, – твердо поведала девочка.

– Опозорены? – выгнула бровь кукла – А тебе не плевать?

– Что? – непонимающе моргнула Гринфайер.

– Вам больше не перед кем поддерживать репутацию.

Все умерли, – просто сказала кукла – Так какой смысл делать что-либо? Зачем вам защищать меня? Было бы проще спрятаться в моем особняке и ждать здесь конца войны… мои куклы не могут умереть, не ощущают усталости и жажды. Пока они сражаются вы в полной безопасности. Не проще тогда предоставить все проблемы мне? – с каким-то болезненным интересом спросила Изабелла.

Губы Лидии сжались и еле заметно задрожали:

– Нет! Мы не трусы! – крикнула девочка.

– Да. Вы храбрые и благородные мертвецы, – усмехнулась женщина – хотя нет, чтобы быть благородными, вы должны быть свободны. Но твой старший брат отдал вас в рабство моему мужу… отдал свое благородство и достоинство, чтобы вы продолжали жить. Поэтому… знаешь, что я бы сделала на твоем месте? – спросила кукла – Я бы пришла в этот дом и использовала все, что в нем есть для собственного выживания. За каждую крупицу достоинства твоего брата, я бы содрала с сюзерена все, что он может дать.

Чтобы мои люди продолжали жить… потому что мертвецы могут быть бесконечно благородны и храбры, но они все равно мертвецы, – и сказав это, кукла развернулась и медленно пошла по коридору.

Она правда ничего не ощущала. Изабелла даже не знала, почему завела этот разговор… некоторые бы сказали, что она разговаривала с прошлой версией себя, но это было не так – Изабелла всегда делала все, чтобы ее люди оставались живы.