Опаленные души. Часть вторая: Зеленое пламя

Его приход был не только неожиданным и приносящим девушке моральные страдания… очень много моральных страданий (его испуганное лицо все еще стояло перед глазами), но и некоторые беспокоящие вопросы.

– Маркус, – наконец сказала Рената – Может ли существовать род без Главы?

Стоящий рядом разочарованный дворецкий («жених» был все еще жив) быстро ответил:

– Это исключено, молодая наследница. И если подобный вопрос возник… кажется эта вещь упустила данную тему в вашем образовании. Этому слуге нет прощения, – печально вздохнул дворецкий.

– Почему это исключено? – спросила девушка, стараясь не думать о стоящих за дверью. Или уже ушедших… она не знала.

Тут Маркус прокашлялся, и Рената внутренне приготовилась к очередной лекции. Выглядел дворецкий крайне решительно.

– Итак… проще начать с самых основ, – радостно сказал Маркус, и Рената тяжело вздохнула.

– Тогда идем в гостиную, – грустно сказала девушка, отворачиваясь от чертовой двери – И сколько еще в этой аристократии демонских нюансов? – зло спросила Чендлер.

– Очень, очень много, – ответил светящийся дворецкий – Позвольте этому слуге принести грифельную доску, – после чего резко развернулся и бодрым шагом унесся вдаль.

Рената проводила его депрессивным взглядом и медленно двинулась в синюю гостиную. Девушка не спала два дня и только что пережила первую встречу с испуганным «женихом». Который узрел ее отца и злую прислугу, в деталях осознал, насколько она плохая партия, и теперь, скорее всего, считает Ренату необразованной простолюдинкой.

Ведь девушка даже не задумывалась о такой вещи, как Глава Блэквудов! К тому же, она не смогла привести в порядок внешний вид, встретив гостей без макияжа и в домашнем платье, а потом безобразно впала в ярость прямо на глазах гостей… Ох, она снова сломала мебель, и у них нет денег ее заменить. К тому же обивка на стульях выглядела ужасно… а Маркус даже не налил гостям чаю, и тот Гринфайер избегал его как огня. Видно дворецкий был прав, и у Гринфайеров хорошо развиты звериные инстинкты. В итоге все прошло просто кошмарно.

Рената печально поджала губы и машинально потерла болящее сердце – там жалобно хрипела юная дева. К сожалению, Смит оказался крайне тактичен и никак не проявил свои ужас и возмущение поведением Ренаты (что совершенно не сочеталось со слухами о грубом и варварском поведении военного). Из-за этого юная дева еще подавала признаки жизни… к сожалению. Надежда была мучительней разочарования – она длилась дольше.