Дикое Сердце

— Примешь моё предложение — получишь ответ!

— Очень хорошо, Ка. Я не буду сопротивляться во время первого удара — таков закон племени.

— Тогда, я начинаю!

Дарнэт напрягся: его тело начало меняться, превращая человеческую кожу в волосатую шкуру зверя. Пасть вытянулась, уши стянулись ближе к макушке, на спине образовался небольшой горб, когти вытянулись до размера небольших ножей. Вместо того, чтобы атаковать Маква, Дарнэт быстро начертил когтями круги призывателя и сразу же стукнул по ним кулаками.

Что случилось дальше — не описать словами!

Винг просунул руки прямо в круги вызова, сморщился, будто бы, от нестерпимой боли, а достал... уже не собственные руки, а нечто ужасающее — на кончиках кожи прицепились жуткие отродья! По три штуки на каждой руке повисли! На вид, как мутировавшие волки с аномально длинными зубами и когтями. Демонические зверюги жевали прочную плоть Дарнэта, пытаясь оттяпать кусок побольше, но вдруг инфернальные псы взвизгнули: они попытались разжать свои пасти и убежать, пока не поздно, вот только обратной для них дороги уже нет!

Винг стал поглощать плоть кошмарных зверей себе в руки, преображая собственное тело на манер демонической псины: золотистые волосы сменились на жгуче-чёрные, некогда добрые глаза горели яростным огнём.

Могучий оборотень не успел даже моргнуть, как чёрное существо прошло его тело насквозь и остановилось за спиной.

— Ничья, — уверенно сказал Дарнэт искажённым рычащим голосом.

Маква опустил голову и посмотрел на неприкрытую могучую грудь — после атаки Дарнэта остался глубокий порез в виде креста. Воин племени Кра улыбнулся:

— Да, правда твоя, Ка.

Оба оборотня сели друг напротив друга и стали вместе ожидать истечения таймера.

Бой четвёртый: Ванесса Бельмонт против Мири Рефлект.

Несмотря на миловидную внешность, младшая дочь Бельмонтов никому не уступала в драке с ранних лет. Часто так случалось, что наставники по боевому искусству отхватывали таких оплеух, что потом приходилось откладывать дальнейшие занятия на неделю, а то и две.

Сегодняшний противник Ванессы чем-то напоминала её саму в детстве: такая же, с виду, хрупкая, постоянно думает о чём-то своём, будто витает в облаках. Оттого и складывалось ощущение, что девица не так проста, как кажется.