Тролль

— А ты влюблялась?

— Да. В сородичей, когда ещё жила в трущобах.

— И как?

Некоторое время эльфийка не отвечала.

— Волшебно. Но, к сожалению, недолго. Прекрасная дама ушла в разбой, собрав шайку из семи гномов, на меня ей стало наплевать. А первоклассного артиста-акробата, я бы сказала, что ярчайшего представителя нашей эльфийской культуры, поймали за воровством якобы волшебной лампы из королевской сокровищницы и тут же отрубили руки с головой. Лампа не спасла.

— Какой кошмар!

— Не надо сожалеть, это было давно и неправда.

— Всё равно. И любопытно, что все они были разбойниками.

— Ты опять хочешь вернуться к сказочным стереотипам? Повторяю: мы, эльфы, не разбойники от рождения. Вот, например, я. Хоть и скрываюсь с Филином и Дбалином от полиции церкви Трёхликого… Но это просто случайность! К тому же эльфов вынуждают обстоятельства, всё-таки человек отвёл нам для жизни грязные трущобы. Мне ещё повезло, что я родилась с даром и смогла спастись от нищенства, продавая услуги по магическому избавлению от геморроя.

— Тебе ведь нравятся только эльфы? — не выдержал Бай.

— Быстро ты меняешь темы. Нет. Вполне могу влюбиться в гнома, орка, какого-нибудь метиса и, — тролль не видел, но чувствовал, как Амарилль улыбается, — даже великана. Но не человека.

— Почему?

— Не переношу. Чисто по идеологическим причинам.

— Даже Филин не нравится?

С минуту эльфийка молчала, лишь посапывание животных нарушало тишину. Где-то вдалеке тихо скрипнула калитка, замяукал кот.

— Ты пытаешься кокетничать со мной? Нет, клоун этот мне не нравится.

— Но он…

— Он играет, — перебила Амарилль. — Играет на публику. Я не раз оставалась с ним наедине. Поверь, когда не перед кем дурачиться, моя личность интересует его не больше, чем прошлогодний снег. В одиночестве он страшно похож на своего брата. Становится спокойным, рассудительным, а на переносице словно проявляются следы от очков. Тот же Дбалин, только с мышцами. Но давай уже спать. Завтра выезжаем рано. Честно, не ожидала, что староста с женой к нам по-доброму отнесутся, да чего уж там — что они хотя бы не выгонят меня взашей.

— Приятных снов.

Однако уснуть у Бая не получалось. Что-то тревожило. Очнулся и Дестриэ, недовольно захрапел, сминая копытами сено. Разбудил Зорьку с тяжело замычавшей Катериной.

— А я кое-что знаю! — раздалось над головой.

Бай дёрнулся, Амарилль выругалась.