Наследница сиротского приюта

Однако ответил он по-другому, несколько сухо:

— Тогда уж, Маркус, отвечай за свои слова и не лезь на рожон. Твоя задача в новом для тебя месте — просто подружиться с детьми твоего возраста, узнать у них, как им живётся и как персонал заботится о них. Всё, что увидишь, может стать полезным для нас, но и об осторожности не забывай.

Так, с напутствием и некоторой помощью в сборах, мы и отправились в карете деда обратно в Саутгемптон. Почему так? Магические почтовые кареты шли от города, да и маршрут ещё нужно было подгадать.

Поэтому по приезде мы купили билеты, время у нас было пару часов, и мы с сыном отправились к нам, в наш домик. Причём шли мы пешком, по магической части города.

Дед одолжил мне магический саквояж, который почти ничего не весил и вмещал больше, чем мог внешне. Я его и до половины не заполнила. Внешне он был потрёпан, для соблюдения моей роли, но цены он был немалой.

Пройдясь по дому, я спустилась в зельеварню, а сын увязался за мной, влекомый любопытством. Я стояла и рассматривала стеллажи, уже больше понимая, что я вижу на полках.

Медленно я прошлась вдоль них, неторопясь рассматривала инструменты, отложила на стол походный набор, в том числе небольшой универсальный котелок.

Ингредиенты, сначала для основы и ингредиенты к ней, потом и дальше, по составным и более сложным зельям.

Сын тихо спросил, внимательно наблюдая за мной:

— Ты что-то задумала, мама?

Этот невинный вопрос и поставил всё на место, хотя сначала я не до конца понимала, зачем я начала выкладывать часть ингредиентов.

Я повернулась к сыну и предложила:

— А если мы продолжим зарабатывать на зельях, сын? Да, Саутгемптон далеко, но у нас есть надёжный покупатель. И мы можем отправлять ему товар с помощью того же магического ворона. Когда мы покупали билеты на почтовый дилижанс, ты так смотрел на соседнюю лавку, где продавали почтовых птиц. Мы можем взять кого покрупнее, чтобы и посылки мог носить. Например, ворона. Вот только на ком мы нашего помощника запечатлим?

Я задумчиво протянула последние слова, давая сыну проявить себя, и не прогадала.

Маркус с надеждой откликнулся:

— Мама, давай на меня, ведь дед говорил, что я сильнее. А тебе восстановиться до конца нужно, а я расту и мне нужна ответственность. Так дед сказал…

Я обняла ребёнка. Понимая, что он зачастил, подкидывая мне такие правильные доводы. А его сверстники в этом возрасте просто говорили: «хочу» и «дай», ну, и канючили ещё для верности.