Право третьей ночи

— Благослови меня!

— Да хранят тебя ангелы, — грустно улыбнулась Мэйт.

Ей было жаль бедняжку, ведь надеждам младшей сестры не суждено было сбыться. Но она еще встретит того, кто подарит Лердес если уж не тихое семейнное счастье, то уважение общества. А Солард Калверт не для нее.

Мэйт стояла у калитки, прислушиваясь к перестуку колес по булыжной мостовой. И когда он затих, подумала: «Пора и мне собираться». Руки тряслись, когда она застегивала платье. Хотя до десяти вечера было еще далеко, Мэйт все равно себе места не находила.

А потом время потянулось очень уж медленно. Солнце все никак не желало садиться. Мэйт же хотелось покончить с этим поскорее. Завтра утром она уже будет свободна, честь Лердес спасена, империя тоже. Герцог Калверт останется могучим боевым магом. А Мэйт… Ей останется только ждать своего спасителя в лице супруга Лердес. Свадьбу младшей сестры и переезд в ее дом.

Мэйт беспрестанно распускала волосы, расчесывала их, снова закалывала, пытаясь уложить в безупречную прическу, но все никак не получалось: руки дрожали.

… В десять вечера Мэйт выскользнула из дома, закутавшись в черный плащ и опустив капюшон до самого кончика носа. Дядюшка Март мирно похрапывал у вешалки с верхней одеждой. Хозяйка уехала, и он позволил себе пару лишних рюмочек. Вот и сморило.

Мэйт с опаской вышла за ворота. Где же экипаж? Но он тут же подъехал. Макс лихо соскочил с козел и распахнул перед ней дверь:

— Скорее садитесь, леди. Вас не должны увидеть.

«Конечно, не должны! — горько подумала Мэйт. — Мое грехопадение это тайна.

Никто не узнает о том, что случится сегодня ночью».

Ехали недолго. Особняк герцогов Калвертов Мэйт прекрасно знала, он был одним из самых внушительных и блестящих в столице. Но не думала, что родовое гнездо Калвертов так огромно, внутри Мэйт, разумеется, бывать не приходилось. Карета въехала в ворота, которые тут же закрылись. Зато мгновенно открылась парадная дверь, и на пороге появилась женщина с магической свечой в руке.

— Леди, сюда.

Низко опустив голову, Мэйт прошла в дом.

Ей казалось, она делает что-то постыдное. Да так оно и было. Собирается стать любовницей холостого мужчины, повесы, женщиной на одну ночь. Это ли не позор для леди!

— Прошу наверх, — служанка посторонилась, пропуская Мэйт вперед.

— Наверх? А что там?

— Его светлость приказали приготовить для вас ванну.

— Нет!

— Вы хотите войти к нему так?! — и женщина взглядом указала на скромное платье Мэйт и ее растрепавшуюся прическу, и без того нелепую изначально.