Берта сдаваться не умеет

Попей, веселее умирать будет, — подбодрила Фэа.

Угу, спасибо.

Я рывком села, принимая фляжку. Поднесла ко рту, сделала щедрый глоток и сморщилась. Кисло!

— Когда там веселье начнется? — мрачно пошутила, пытаясь разгладить лицо после дегустации.

Фэа понимающе оскалилась и села напротив, поглядывая на меня волчьими, с желтоватым отливом, глазами.

— Знаешь, что бывает, если товарищ по жребию вдруг пропадает? — непринужденно спросила она, водя пальцем с острым грязным ногтем по краю грубого шерстяного одеяла.

— Что? — насторожившись, я сделала еще один глоток и отдала фляжку.

— Выбирают другого, — улыбнулась она, сверкнув выбитым зубом, и откинулась на спину. — Но я тебе этого не говорила.

Я уставилась на Волчицу, постепенно соображая, на что она намекает. Если быстро и тихо придушить Криса, мне выберут другого партнера. Того, с кем я смогу хотя бы надеяться на выживание.

— ...и никто ничего не почувствует, — глядя в потолок, пропела Фэа.

Только дурак бы не понял, на что она намекала. Волки легко почуют, чей запах остался на теле убитого, но сейчас Фэа гарантировала мне вариант, при котором никого не найдут.

Друзей у Криса нет. Быки меня не сдадут, Волки — промолчат.

— Мануарцы ближе к нашему племени, — соскочив со скользкой темы, Фэа уже деловито инструктировала. Кое-что о мануарцах нам было известно. — Немного Волки, но иные, стаями ходят. Несколько для тебя не проблема. Что еще... зрение и слух хорошие, а вот нос слабый. Наши заметили, что не чуют ничего толком.

Последнее она произнесла презрительно.

Своим нюхом Волки гордились и свысока смотрели на тех, у кого его не было: на людей, магов, даже Воронов. Но последних всё же опасались. Мы, Быки, тоже значительно полагались на обоняние, да и уши. Это сближало нас с зубастыми. Это — и, пожалуй, ничего больше.

«Нос...» — я отметила слабое место.

— ...бегают нормально. Оторваться не пытайся, — предупредила меня соседка.

Благодарно слушая и мотая на ус, я быстро собиралась: накинула плетеную кожаную кирасу на грудь, плащ на плечи, засунула второй топор за пояс, добавила два ножа.

Не прощаясь, вышла из комнаты. Прощания не приняты — плохая примета. Фэа тоже ничего не сказала.

Быстро шагая по каменной лестнице, я напряженно думала о Крисе. «Тихо придушить и появится шанс...», — в животе засвербило искушение. Невольно сжав пальцы, я вспомнила шею с выдающимся кадыком. — «Его придушить легко». Потянула носом: запах Криса я запомнила. Нюх у меня что надо, найду...