Гимназистка. Клановые игры

— Кстати, о моём брате… — спохватилась Оленька. — Он уже должен был подъехать. А мы сидим, время тянем. Он же разозлится. — Она чуть поёжилась, из чего я заключила, что хомяк в гневе — страшный зверь, во всяком случае для сородичей. — Собираемся и выходим. А то подождёт и уедет без нас.

Она подхватилась, сгребла свои тетради и потянула меня на выход. Что-что, а делать что-то неторопливо и размеренно Оленька не умела. Тормошила она и меня до тех пор, пока я не сдалась, натянула пальто и побежала с ней. Всё-таки Владимир Викентьевич прекрасный целитель: ещё вчера я с трудом ходила, а сегодня, казалось, даже танцевать смогу.

Танцевать? Я на миг задумалась: а смогу ли? Я понятия не имею, умею ли танцевать.

Удивительно, но у ворот целительского дома действительно стоял автомобиль, весьма неожиданный с учётом того, что до этого я видела только экипажи с впряжёнными в них лошадьми. Впрочем, колёса у него скорее подходили как раз какой-нибудь пролётке, чем солидному тяжёлому лимузину. Возможно, из-за них и лёгкого брезентового верха машина выглядела не слишком серьёзно, хотя блестящие чёрные бока и красные, явно кожаные сиденья намекали, что модель совсем не бюджетная.

Возле автомобиля, восхищённо разинув рот, крутилась парочка мальчишек, и отгонять их было некому, поскольку за рулём никто не сидел. Брат Оленьки обещание выполнил, машину пригнал, а сам исчез.

— И где он? — возмущённо спросила подруга, притопнула нетерпеливо ногой, повертела головой вправо-влево и скомандовала: — Стой здесь. — После чего целеустремлённо потопала в одной ей известном направлении.

А я осталась в компании мальчишек, и мне почти так же, как им, хотелось провести пальцем по гладкому полированному боку, потрогать на капоте фигурку льва, стоящего на задних лапах, грива которого казалась развевающейся от сильного встречного ветра. Впрочем, вряд ли этот раритет способен на высокие скорости, которые так любит Светка. Светка?..

— Нравится автомобиль? — сбил меня с мысли незнакомый голос.

— Нравится, — согласилась я.

— Я вообще люблю древние автомобили.

Подошедший офицер был блестящ ничуть не менее этого транспортного средства. Особенно в районе сапог. При желании, смотрясь в них, можно было бриться, чем мой собеседник наверняка не пренебрегал. Впрочем, вполне возможно, что по молодости у него просто ничего не росло на лице. Или росло, но неопрятными клочками. У блондинов небритость вообще плохо заметна. Хотя конкретно этого при должном воображении можно было назвать и рыжим.