Цветы и тени

Когда я выставляла это все на гостевой стол, Стефан приподнял крышку горшка, вдохнул запах и сказал:

– Был бы я волком, выпрыгнул бы из шкуры, чтобы съесть это жаркое.

Я рассмеялась. Снежана толкнула меня локтем в бок и сказала:

– Ты же оставила хвост? Ты знаешь эту примету?

– Какую примету?

– Оборотню надо показать хвост освежеванного кролика, а лучше – отдать. И тогда он ни за что тебя не тронет.

– На всех оборотней хвостов не напасешься, – рассмеялась я.

– Ты зря, – серьезно сказал Стефан. – У нас тут бывают иногда.

Молись черному свету, чтобы этой зимой они не пришли.

У меня в горле встал комок.

– Я... не знала, простите. Я не хотела смеяться. Я вам верю.

– Прошлую зиму повезло, – сказал Стефан, нарезая хлеб. – Да, Снежана?

Она кинула, и наморщила лоб, что-то подсчитывая.

– Да, прошлую зиму не было, а позапрошлую, и позапозапрошлую, и три года тому назад были... Четвертую не было... Или были? – Она вздохнула, отбрасывая назад косу с плеча. – Не помню. Так что сохрани хвост на всякий случай.

Мало ли, пригодится.

– А у вас есть?

Снежана покачала головой.

– У тебя крайний дом, вы первые будете на очереди. У нас соседей много. Мы отобьемся. – Она махнула рукой. – А лучше бы и не пришлось отбиваться. Пойдем к огню, просить спокойную зиму!

Костер горел перед домом, среди поленьев было несколько неизвестных мне, душистых, которые давали дым с приятным сладким запахом. Стефан бормотал что-то про себя, Снежана тоже шевелила губами, я молчала и жалела, что не расспросила подробнее, что надо делать.

Хотя какая разница? Я попросила теплой и короткой зимы, чтобы цветы мои росли и цвели к тем срокам, что я хотела. Чтобы никто из Ванеску не болел и не держал на меня зла. Чтобы никто не умер. И под самый конец неожиданно для себя я подумала «и чтобы мы увиделись с Лусианом в этом году». Это было... так неожиданно, что я разозлилась и бросила в огонь ломоть хлеба и кусок крольчатины раньше, чем собиралась.

Стефан щедро плеснул в огонь вина, отчего тот весело затрещал и стал на пару минут ярким, почти красным.

Снежана подарила огню прядь волос, сдобную булочку и щедрый кусок желтого масла. Потом мы ужинали и говорили о разном, а потом я пошла домой. Вдоль всей улицы тянуло тем самым сладковатым запахом, видимо, это было какое-то ритуальное дерево, специально для встречи зимы. Я думала про кроличий хвост, про страшных оборотней, о том, кто я сама – не оборотень ли. Впрочем, думала я недолго – идти было не так уж и далеко.