Хранительница. Беглые толки.

Война между оборотнями и людьми — неизбитая часть сюжета всего фэнтези. Оставалось надеяться, что он расскажет что-то стоящее и более завораживающее, чем само существование оборотней.

– Легенда, связанная с этим местом, началась именно в те времена, когда Ликантроп при встрече с человеком, не задумываясь, готов был перегрызть ему глотку, а тот в свою очередь без жалости выпустить пулю в волка. Это было жестокое и тяжелое время для всех. Люди численным перевесом медленно уничтожали оборотней, но им все же каким-то невообразимым образом удалось выжить, – Глеб замолчал и в этот раз надолго.

Возможно, он что-то вспоминал, а может, просто сожалел о том ужасном времени. От долгого молчания я начала волноваться, не уснул ли он там. Очень хотелось узнать продолжение истории. Она затянула и погрузила меня в неизвестный мир, позволяя прикоснуться к тому, что не каждому человеку дозволено знать. Когда я готова была окликнуть Глеба, его голос вновь наполнил комнату.

– Затаившись, но не сдавшись, оборотни многие годы копили злость и ненависть на людей и при первой же возможности напоминали о себе.

Собственно, это и вынудило людей охотиться на нас. Охотники, – сказал он, словно выплюнул. – Именно так они себя и называли. Выслеживали и уничтожали нас целыми стаями, не жалея ни стариков ни детей. Это продолжалось столетиями, но однажды все изменилось, – Глеб усмехнулся и продолжил: – Конечно, не за один день или год, но все же…

– Как именно это все связано с этим местом? – не сдержав любопытства, поинтересовалась я.

История была очень интересной и не менее печальной, но это любопытство… Не было больше сил ждать, когда она подойдет к тому моменту, что интересовало меня сильнее всего.

– Какая же ты не терпеливая, – хмыкнул он, вынудив меня снова недовольно засопеть. – Я же предупредил история длинная, так что, потерпи, немного осталось.

– Оборотни скрывались, слышали о жестокости людей и, ненавидя своих обидчиков, не забывали эхо крови. Если кого-то воспитывать в ненависти, то рано или поздно эта ненависть выльется в нечто большее, чем простое презрение.

Так случилось и сейчас, – проговорил загадочно Глеб. – Та охота длилась несколько суток, молодой оборотень почуял их недалеко от логова. Он не мог позволить, охотникам добраться до семьи, вот и пустил их по ложному следу. Своему следу. Его загоняли со всех сторон: то давали возможность уйти вперед, то снова нагоняли, словно играя, забавляясь охотой.