Не кричи: «Волки!»

Меня крайне озадачило, что волки выбирают место для страшной бойни почему-то поближе к человеческому жилью, и я решил расспросить об этом Майка, если, конечно, когда-нибудь его увижу.

Тем временем в Бесплодные земли нагрянула стремительная весна. Снег таял так быстро, что замерзшие реки не успевали унести талую воду, и она поднялась метра на два над поверхностью льда. Наконец лед с грохотом тронулся, но тут же образовались заторы, и паводок затопил избушку, принеся с собой нечистоты, скопившиеся за долгую зимовку четырнадцати ездовых собак.

Постепенно заторы прорвало, и вода сошла, но избушка потеряла прежнюю прелесть, так как на полу остался отвратительный осадок. Поэтому я был вынужден разбить палатку на галечной гряде, чуть повыше избушки. Но заснуть мне той ночью помешали какие-то странные звуки. Я мгновенно сел в постели и внимательно прислушался.

Звуки доносились с севера, из-за реки, – какая-то смесь воя, хныканья и жалобных стонов. Вскоре я разжал руку, которой схватил винтовку.

Уж если научные работники чем и сильны, так это умением учиться на опыте: меня, например, дважды не одурачишь. Конечно, воет хаски, и, по-видимому, молодая, из чего я заключил, что это одна из собак Майка (у него как раз было три больших, но еще не выезженных щенка, которые бегали за упряжкой). Очевидно, пес заблудился, по следу вернулся домой и теперь молит о внимании и помощи.

Я был растроган. Если щенок нуждается в друге-приятеле, пусть располагает мной! Я быстро оделся, сбежал к реке, вскочил в каноэ и стрелой помчался на другую сторону.

Щенок ни на минуту не прекращал горестных стенаний, и я уж совсем собрался откликнуться, но вовремя сообразил, что чужой человеческий голос спугнет его. Лучше незаметно подкрасться вплотную и ласково подманить бедняжку.

По силе доносившихся звуков можно было судить, что собака находится всего в нескольких шагах от берега. Но когда в тусклом полусвете я выскочил из лодки, пересек полосу щебня и перебрался через галечные косы, звуки слышались все на том же расстоянии.

Ясно – щенок отбегает, вероятно, боится меня. Чтобы не отогнать его, я старался двигаться бесшумно, даже когда жалобный вой прекратился и направление пришлось определять наугад. Впереди замаячила крутая гряда, и я решил, что, поднявшись на ее вершину, смогу обозреть окрестности и определить местонахождение заблудившегося зверя.