Леди, которая любила готовить

Никанор же Бальтазарович, пристроивши свою сигарку на край столика, подхватил заколку двумя пальцами, сдавил, поднес к глазам и прищурился. Разглядывал он ее столь пристально, что поневоле захотелось тоже взглянуть.

А смысл?

В нынешнем своем состоянии Демьян ничего-то, помимо платины с камнем, не увидит. И даже странно, что эта вот слепота, неспособность различить мало-мальски стабильные потоки, не беспокоит его. Как и неспособность дотянуться до собственной силы.

- Любопытно, да… следов вмешательства не вижу, хотя это еще не значит, что их нет.

Ваш приступ? С одной стороны логично, что, не имея собственных сил, организм потянулся к заемным, с другой… приступ не был столь силен, да и инфаркт, не сказать, чтобы совсем уж инфаркт, скорее предынфарктное состояние, вызванное серьезным истощением организма. В том числе на нервной почве. Нет, я бы сказал, что имело место воздействие, но вот какое? Никого у себя не принимали?

- Нет.

- А не у себя?

- Тоже нет.

- И с дамами не знакомились?

- Нет.

Прежние вот… за столик присесть напросились. Ефимия Гавриловна… Рязина, кажется, - память с готовностью отозвалась.

- Ага, мещанского сословия, купчиха… серьезная женщина. Вдова. После смерти супруга приняла его дела, которые пребывали в некотором запустении, скажем так… и сумела выправить, и даже развернуться. Ныне состояние ее насчитывает без малого семьсот тысяч рублей, а может, и того поболе. Да… делами она большею степенью и занимается. Имеет дочь Анну, абсолютно, как сказывают, безголовую особу, у которой из интересов шляпки да танцульки… на первый взгляд.

- А на второй?

- Как знать, как знать… - запонка легла на стол. – У каждого человека найдется, чего и от первого взгляда скрыть, и от второго.

Сигаретный дым пах ванилью. И вновь же запах не вязался ни с местом, ни с человеком, ибо не положено целителю иметь подобной вредной привычки.

- А что о… той, третьей? И парень, он рядом сидел. Если что-то и сделал, то мог…

- Парень… Бухастов Аполлон Иннокентьевич.

Из купцов. Батюшка его знатным дельцом был, но скончался не так давно. Сердце, что характерно, подвело. Сынок все-то больше по заграницам проживал, но после вернулся на родную землю… что он в Австриях делал, нам не известно. Пока. Да и после… там нас не любят, не спешат сотрудничать, а эти заграницы, я вам скажу, еще тот рассадник.

Он выдохнул дым через ноздри.

- Но как по мне, не наш это типаж… уж больно резво стал он отцовское состояние просаживать.