Я ни о чем не жалею!

- Можешь на нас положиться! – торжественно добавил Маркас, соглашаясь с исходом поединка.

В тот же момент все воины Байла склонили головы, признавая лидерство Адриана.

Для Эвана ответы Байла и Маркаса стали полной неожиданностью, он еле сдержался, чтобы не выругаться вслух от досады.

- Добро пожаловать в княжество Гилсон! – улыбнулся победитель.

С тех пор, к неудовольствию Эвана, где бы Адриан ни находился на поле боя, рядом с ним всегда самоотверженно сражались Байл и Маркас, надежно прикрывая князя от мечей врагов.

Договориться с южными и западными соседями оказалось намного сложнее. Старейшины древних княжеств, граничивших с северными землями, недооценили нового соседа и не желали сотрудничать с ним, поскольку презирали всех северян и называли их дикарями и варварами, не достойными внимания цивилизованного общества. За признание новообразованного княжества Гилсон и за право называться Светлейшим Адриану приходилось сражаться.

Молодой князь Гилсон не посчитал нужным что-то объяснять элитам, которые возомнили себя венцом творения, и даже не стал принуждать их к сотрудничеству.

Все решалось на поле боя, где чванливые князья неизменно терпели поражения. Кто-то из них был убит, некоторым удалось бежать, лишившись регалий, а заодно и владений. Зато княжество Гилсон стало прирастать новыми территориями.

Победы несомненно поднимали дух войска Адриана, но почему-то Эвану они вскружили голову. Со временем слова отца стали забываться, и барону казалось, что заслуги младшего брата сильно преувеличены.

В нем росла уверенность, что он и сам, командуя войском, смог бы добиться таких же успехов.

Эван пока не решался оспаривать лидерство Адриана, но все чаще срывался и позволял себе неуважительные высказывания в его адрес. Князь не отвечал, будто не замечая завистливых выпадов барона, и только Лорн не стеснялся говорить Эвану, что он неправ. Но сейчас Лорна не было рядом, и некому было одернуть среднего брата.

- Пойми, Эван, этот брак – просто сделка, которая укрепит наши позиции.

С нами станут считаться хотя бы потому, что не захотят оскорблять князя Гудмуда, - сдержанно продолжал убеждать брата Адриан.

- Князь Гудмуд предложил породниться не потому, что считает тебя равным себе, а потому что магия его рода ослабевает, - не скрывая ехидства, сказал Эван. - Я слышал, что из-за этого с ним перестали считаться даже ближайшие соседи!

- Не стоит забывать, что он первым признал наше княжество и тем самым приостановил войну.