Пёс бездны, назад!

Здание, в которое мы вошли, оказалось на удивление прямоугольным. Там что, совсем нет крыши? Стены внутри были выкрашены серым. Но я уже плохо воспринимала всё, что со мной происходит: голова кружилась, меня тошнило и руки мелко тряслись.

– Да она под наркотой, – брезгливо заметил Герман.

Полицейские о чём-то доложили третьему, сидевшему в коридоре, за столом и постукивающему карандашиком по серой бумаге. Нас разместили в двух клетках, отделённых друг от друга стеной. В моей были две лавки, прикрученные к стене, совсем рядом с решёткой – белый рукомойник и… унитаз.

Совсем как в Вечном замке. Такой же был в комнатах Дрэз, вот только у Дрэз он находился в отдельном помещении, скрытом дверью. А здесь? Как им пользоваться, если всё на виду? Клетки выходили в унылый коридор. Окон нигде не было. Потолок освещали продолговатые палочки.

Что было в клетке, куда поместили забияку, я не видела – его провели чуть дальше.

Я прошла и легла на лавку. Закрыла глаза.

С этим надо что-то делать. Не с заключением – бог с ним.

С моим пребыванием в Первомире. Портал не мог перепутать меня и Дрэз. Исключено. Значит, надо найти подругу. Вот только – как? И знает ли она, что меня забросило сюда? Если знает, то ей найти меня будет проще, ведь этот мир ей знаком.

О чём-то с кем-то говорил Герман, но я не различала слов. Зато догадалась, что та чёрная дощечка, которую враг прижимал к уху, называется телефоном и может связывать двух человек на расстоянии. А говорят, в Первомире нет магии.

Мне снился волк, который бежал за мной по зимнему лесу.

Самого волка я не видела и не слышала, но почему-то совершенно отчётливо понимала: он идёт по моему следу. Я бежала, перепрыгивая через заснеженный валежник, через сугробы, проваливаясь по колено, но чувствовала, что зверь настигает меня.

– Что так долго? – вдруг ворвался в сон неприятный голос Германа.

Низкий, хриплый и густой, словно дёготь.

– Ну извини, – хмыкнули ему в ответ, – пока твой дефендер отогнал, пока отделение нашёл, пока договорился…

– Ясно.

Надеюсь, тачку отогнал к ментовке?

– Знаешь, как-то не придумал способа сразу двумя рулями рулить.

– Иевлев, на выход. Свободен, – донеслось из коридора.

Я подскочила к решётке, схватилась за неё руками:

– А я?

– А вы, гражданочка, до выяснения личности.

Герман, проходивший мимо, оглянулся на меня, и я смогла, наконец, увидеть внешность «героя», из-за которого попала в беду: высокий, тёмно-русые волосы подстрижены наискосок, над ухом едва ли не выбриты.