Пёс бездны, назад!

– Держи, – Артём пихнул мне в руки какую-то прозрачную сумочку с двумя бумажными свёртками. И бумажные стаканчики, закрытые коричневыми крышечками. – Знаешь, я и сам голоден, словно зверь.

Он вытащил из бока машины нечто похожее на верёвку с крюком, воткнул в синий шкаф, забрал у меня стаканчики и пакет. И я поняла, что нужно сесть обратно.

Из стаканчика Артём пил прямо через крышку.

Я присмотрелась и поняла, что там есть дырочка, в свою очередь тоже закрытая небольшой крышечкой. Любопытно-то как. Кофе оказался необыкновенно вкусным, а шаверма… М-м… Я внезапно поняла, что никогда в жизни не была так голодна.

Спохватилась, что облизываю пальцы и покраснела. Аж почувствовала, как говорят мои щёки. Зато физиономия Артёма прям лучилось довольством.

– Если хочешь в туалет, то он за заправкой.

Туалет оказался неудобным: очень тесным. Но какое же всё-таки облегчение! И как мы, люди, хрупки и беспомощны, и как зависим от потребностей собственной плоти… Печально. Когда я вернулась, Артём протянул мне мокрый платочек из непонятной ткани.

Я догадалась вытереть о него пальцы. Меня снова пристегнули к креслу, и машина плавно поехала, возвращаясь на большую дорогу.

– Лисёнок, раз уж мы теперь помирились, обещай мне, что всё расскажешь. И что ты делала на трассе, одна, в таком странном виде. И зачем избила Германа. И… и, кстати, как там твоя сестрёнка? У неё ещё имя такое… необычное.

– Артём… – я прищурилась. – Это нечестно. Ты меня, конечно, спас, но обещать я тебе ничего не буду.

– Понял, – неожиданно легко согласился он.

– А кто такой Герман? – осторожно уточнила я.

И какой пакости мне от него ожидать. Насколько всерьёз воспринимать угрозу за что-то там заплатить?

Артём ухмыльнулся:

– То есть, я не один такой, кто забывает имена близких родственников дорогих людей, да? Один-один.

– Близкий родственник?

– Ну уж куда ближе, чем родной брат, да?

То есть…

– И сколько стоит этот самый… бампер?

– Да ладно тебе, не парься, – рассмеялся Артём. – Герман, конечно, сволочуга та ещё, но я на твоей стороне, малыш.

Э… э-э? В каком смысле «малыш»? Я правильно понимаю, что мне сейчас предложили покровительство особенного рода?

– А всё же? – повторила настойчиво.

– Столько, сколько тебе не заработать, Лисёнок. Забудь. С Германом я всё решу сам.

Обернувшись, я прищурилась и в упор посмотрела на него:

– И что же я буду должна тебе за эти решения?

Артём провёл ладонью по светлым волосам, ухмыльнулся, скосил глаза на меня.