Огонь в твоих глазах. Испытание

— Понимаешь, — она замолчала, пытаясь подобрать слова. — Впервые кто-то мне так сильно понравился, что я смогла забыть обо всем. Смогла, наконец, почувствовать себя просто девчонкой, а не охотницей Кирой — девкой со странностями. Но как недолго мое счастье продлилось! Крэг... Он с такой легкостью ушел из нашего дома. Я не понимаю, что теперь делать? Чувствую себя… А, знаешь, я ведь даже ни с кем раньше и не целовалась толком!

В этот миг словно внутренний голос подсказал: «Микор? — Все, что происходило между ней и другом — не больше, чем детские шалости.

Пожалуй, только его прощальный поцелуй и можно было воспринимать, как что-то серьезное. Сейчас Кира это понимала как никогда. — Пасита? — Она невольно смутилась. С Защитником все было совсем по-другому: — Еще как по-настоящему! — Только вот к его поцелуям всегда примешивалась такая порция страха, что и понять ничего толком не было можно. — Но не говорить же об этом с братом?»

— А как же Пасита? — спросил Нааррон, будто подслушав ее мысли. — Если не хочешь не рассказывай.

— Он предупреждающе поднял ладони. — Просто я не до конца понял, что у вас с ним за отношения.

— По договору, — мрачно рассмеялась Кира. — Знаешь, временами мне казалось, что встреться мы при других обстоятельствах, в него можно было бы влюбиться по самые уши, без памяти, теряя рассудок, но… В деревне обо мне думают всякое, но отчего-то он меня до сих пор не тронул, ты только Глафиру не слушай! — Охотница справедливо предположила, что Глашка позвала вчера брата именно затем, чтобы и дальше чернить ее имя.

— Пасита и правда много времени на меня потратил. Уроки, тренировки... Порой, я забывала, какой он на самом деле. Понимаешь, я вынуждена быть ему благодарной.

— Неужели тин Хорвейг способен научить чему-то хорошему? — не сдержался от скептичного высказывания Нааррон.

— Хочешь, я перечислю тебе дворянские роды Великого Княжества Яррос?

— И это ты называешь хорошим?

— Пожалуй, нет. — Они рассмеялись. — Но ведь и правда, эти знания мне еще могут понадобиться?

— Даже не сомневайся, — адепт приобнял сестру за плечи.

— А ты, когда вернулся? — внезапно спросила Кира.

— Поздно. Ты, наверное, уже спала. — Нааррон разволновался. Как-то не вязалось то, что говорила про Глафиру сестра, с той девушкой, которая дарила ему себя без остатка этой ночью, тут надо все крепко обдумать. — Я, пожалуй, пойду. Ты отдыхай.

Когда дверь за братом закрылась, Кира бросилась ничком на свою постель, которая, к слову сказать, осталась неприбранной.