Огонь в твоих глазах. Испытание

За овинами по левую сторону от дороги раскинулись, заметенные снегом поля, где летом заколосятся овес, да пшеница. По правую – празднично обряженный морозами ельник взбирался по склону вверх, то и дело перемежаясь с могучими стволами сосен, над макушками которых висело неяркое солнышко. Его лучи окрашивали вершины холмов в розово-голубые оттенки и заставляли снег на полях серебриться, не давая поверить, что зиме недолго осталось. Где-то глубоко в животе заворочалась тоска. Совсем скоро она покинет эти края. Увидит ли когда снова дорогие сердцу холмы и сосны? И это такое разное, но всегда родное небо?

Недолго Кира любовалась окрестностями, вскоре ее нагнал Крэг.

— Кира… Не знаю, как и сказать… Я полный дурак. — Девушка повернула голову и вопросительно приподняла бровь. — Я не должен был уходить без объяснений. Ты только не гневайся, но тому есть причина.

— И какая же? — не выдержала Кира, хотя уже знала ответ. — Пасита наплел с три короба, что я принадлежу ему? Так, знай, я — ничья! А как на вас посмотреть, так и, вообще, никто не нужен! — Она хотела было уехать вперед, но рука Крэга придержала лошадь за узду.

— Дай мне договорить. Пожалуйста.

Светло-карие с золотыми прожилками глаза на солнце казались еще ярче. В них отразилась смесь надежды и непреклонности. От этого взгляда по спине побежали шелковые мурашки.

— Говори, — бросила Кира, не подавая вида, какое впечатление он на нее производит.

— С тобой не все так просто.

— Ну конечно!

Решив, что не хочет облегчать его участь, она убрала руку Защитника с уздечки, но не совладала со своими желаниями и чуть придержала в своей. Надеясь, что он не придаст этому значения, выпустила, резко посылая лошадь вперед. Курсант поднял глаза к небу, давненько ему не приходилось объясняться с женщиной. Он беспомощно оглянулся. Пасита ехал, наклонив голову, будто происходящее его не интересует. Нааррон, наоборот, глазел по сторонам, старательно избегая встречаться с ним взглядом.

— Во всем виновата сила.

Охотница, пристально на него взглянув, вдруг расхохоталась так, что лошадь всхрапнула от неожиданности.

— Ну да, у вас всегда сила всему причиной. Как удобно!

Захлестнула обида. Не на Крэга. На Защитников вообще. На отца и деда с их скрытностью, которые, так или иначе, бросили ее на произвол судьбы. На эту самую силу, о которой она не просила.