Один вздох до рассвета

– И она снова улыбнулась (чтобы их подбодрить, а то что-то они очень грустные сидят…)

– Вы…– начал Зой, но Усаги перебила его:

– Ты.

Четвертый Лорд почему-то прикрыл глаза и странно хриплым голосом сказал:

– Ты… очень добрая, Серенити. И всегда была. – Он поднял голову на Мамору: – Тебе повезло, Энд. Очень повезло…

– Я знаю, – мягко прозвучал за ее спиной знакомый голос, и пара ладоней легла ей на плечи, усаживая на диван. – Садись, Усако. Разговор будет долгим, я полагаю.

– Ага, – с энтузиазмом кивнула та.

– Кто-нибудь хочет печенья?

– Пе… ченья? – поперхнулся Джед.

– Ну да. Я пока не знаю, где вы эти годы пропадали, но мне почему-то кажется, что там точно не было ничего вкусного. А Мамо-чан ведь не догадается, он и сам про обед забывает, когда занят… Так что… – она извлекла из недр своего рюкзачка немаленький пакет, источающий бесподобный запах свежей выпечки. И приветливо улыбнулась: – Давайте чаю попьем, что ли? А уж потом вы все расскажете…

Четыре Лорда Терры переглянулись.

И вспомнили, что у Ее Высочества Лунной Принцессы всегда был свой, проверенный метод справляться с острыми углами неприветливой реальности. Она их попросту не замечала.

И, как правило, эти самые углы сразу куда-то исчезали.

Кроме того, печенье пахло и впрямь необыкновенно соблазнительно…

***

… Сказать, что Луна была взволнована – значит, ничего не сказать. Она была растревожена, потрясена, почти испугана – и, самое главное, не могла толком понять, почему. Непонимание нервировало.

И вроде бы не было ничего угрожающего в том сне – он был скорее радостным, правда, с легкой неуловимой горчинкой тоски об утраченном. Но тоски светлой…

Ей уже так давно не снилось Серебряное Тысячелетие! Она успела почти позабыть, каково это – быть человеком. Пройтись босыми ногами по щекотной траве, поболтать ладошкой в воде, дразня маленьких рыбок… Надеть красивое платье, наконец!

Луна философски вздохнула.

Ладно, в конце концов, четыре лапы и хвост имеют свои преимущества.

В этом перекореженном мире кошкой быть намного удобнее. Да и за Усаги легче приглядывать…

Стоп! Усаги!

Луна подскочила, когда поняла, что ее встревожило. Сон явно имел прямое отношение к Усаги. Иначе Благословенная Королева не стала бы предупреждать ее, Луну, напрямую…

Вот только… что означали ее слова?

«Скоро придет рассвет, Луна. Уже скоро».

Никогда раньше Светлейшая не выражалась столь туманно…

О каком рассвете речь? Ясно же, что не о времени суток.