Один вздох до рассвета

Он уронил руку, и та упала, как подстреленная.

– Мы не причиним больше вреда, – его голос был странно ломким и прерывистым. – Мы все вспомнили.

– Что? – в дрожащем голосе Рей послышалась тень горькой насмешки. – Что именно вы вспомнили?

– Все, – выдохнул Джед, осторожно приближаясь еще на шаг. – Все, Рейана.

Аметистовые глаза полыхнули двумя кострами.

– Рейана умерла, – жестко сказала воительница Марса. – Умерла много веков назад.

Лорд Иллюзий только покачал головой, пряча боль под полуопущенными ресницами.

– Нет. – Его голос был мягким, как весенний ветер. Теперь они стояли в одном шаге друг от друга, смотря глаза в глаза. Джедайт не делал ни одной попытки прикоснуться к ней. Он знал, что огненная жрица не примет от него ни сочувствия, ни ласки, ни оправданий. Пока – не примет.

Макото медленно повернула к ним голову.

– Марс права, – ее голос был сухим и невыразительным. – Те, что носили в прошлом эти имена, навсегда исчезли. Они мертвы. Они были мертвы все эти тысячелетия.

Она подняла ресницы, и подавшийся было вперед Нефрит замер, с размаху наткнувшись на ее взгляд, как на стену. Глаза воительницы Юпитера были застывшими и безжизненными, как опавшие листья.

По лицу Второго Лорда прошла судорога страдания.

– Мы тоже были мертвы – все эти тысячелетия, – он смотрел грустно и ласково. – Поверьте, мы тоже…

Ами с трудом сглотнула плотный горький комок в горле.

– Что… произошло? – усилием воли ей удалось заставить голос звучать почти спокойно.

В этот момент Кунсайт наконец нашел в себе силы оторваться на пару минут от лица Мины.

– Мы не знаем всего, – очень осторожно сказал он. – Возможно, леди Хранительницы Теней и Времени знают больше… Это они открыли врата. – И он снова обернулся к воительнице Венеры.

Та за все это время ни разу не пошевелилась и не сказала ни слова. Просто стояла и смотрела так, как будто хотела насмотреться на своего Ледяного Лорда на всю оставшуюся жизнь.

Рей сердито вскинулась, отвернувшись на миг от Джедайта.

– Это сделали Сатурн и Плутон?! А Хронос знает?

– Хронос знает, – ответили ей откуда-то сверху. В следующий момент две пушистые молнии дымчатого и белого цвета спрыгнули с ближайшего дерева на нагретые солнцем каменные плиты. Вид у них был бодрый и деловитый (особенно у Луны) и немного взвинченный (особенно у Артемиса).