Мой враг-дракон: Разоблачить и не влюбиться

— Ну-ка, расскажи мне, как ты здесь живёшь, откуда достала артефакт и не прокляли ли Эльм и Рапша тот день, когда их отправили вместе с тобой в Бланкастру, — посмеиваясь, закончил он.

Всю дорогу до тронной залы мы шли медленно, не торопясь, и я выложила Хаару всё. В том числе и про Ассту.

— Это очень плохо, — белый дракон мгновенно посерьёзнел, и его весёлые голубые глаза приобрели мрачное выражение. — Я знаю, как сильно Каэм ненавидит род Ассту. Не уверен, что, узнав про Рикенна, твой брат не захочет тут же забрать тебя домой.

Я упёрла руки в бока, забыв поздороваться со спешившим мимо придворным.

— Каэм не имеет права меня куда-то «забирать»! Мне восемнадцать лет, а не восемь!

— Он беспокоится о тебе, — возразил Хаар, — ты знаешь, Ания, он тебя очень любит.

Обычно это напоминание заставляло меня смягчиться, но сейчас я была тверда, как алмаз.

— Хаар, домой я из-за Ассту не полечу. Я не боюсь его, и он вовсе не такой уж плохой. Объясни всё Каэму, убеди его как-нибудь, — я просительно заглянула другу в глаза, — просто скажи, что я могу, демон побери, за себя постоять!

Судя по лицу Хаара, я взвалила на его плечи нелёгкую ношу.

Пожалуй, напишу Алане письмо вечером.

— Ладно, я поговорю с Каэмом, — сдался Хаар и получил от меня звонкий поцелуй в смуглую щёку.

— Ты самый лучший друг, благородный Хаарвен из рода Каль! Пока у нас остался целый коридор до тронной залы, скажи мне, как поживает твоя супруга, достойная Тэн-Шиилит?

Хаар снова оживился.

— Неплохо. Ты знаешь, Ания, у нас ещё одно яйцо, и теперь Шиилит надеется, что из него вылупится чёрный дракончик. Мол, двух белых нам достаточно, — в его смехе, тем не менее, я уловила толику горечи. Иногда характер у Шиилит, со слов Хаара, становился просто невыносимым. Тогда друг улетал из замка Тэн, где они жили все вместе — он, супруга, дети и дедушка Шиилит, альгахри чёрных драконов, — и либо гостил у нас, либо являлся во дворец.

— А здесь жить она по-прежнему не хочет? — спросила я, окидывая взглядом белые стены, украшенные золотыми подсвечниками.

Хаар покрутил головой, вздохнул. Прядь вечно растрёпанных светлых волос упала ему на лоб.

— Не хочет. И её можно понять.

Я кивнула без слов. После смерти хитрой Ари-Нейи, супруги бывшего альгахри Иэрэма, во дворце стало гораздо меньше пауков, плетущих сети интриг.