Зверь и я

Да и сам он по себе чудаковатый, в полоску весь. Хотя кто их, этих хорьков, знает. Отпустив свой несостоявшийся завтрак, львица зашагала снова. Но сделав пару десятков шагов, снова села на землю и принялась стучать по ней хвостом, недовольно оглядываясь. Хорек по-прежнему оставался на месте. Глупый какой! Не убегает от хищницы.

Не понимая природы своих желаний, львица вернулась к маленькому зверьку и легла рядом с ним. Она вглядывалась в его маленькие черные глазки и фыркала, натыкаясь на забавно топорщенные усы. Принюхавшись, как следует, она уловила знакомый запах.

«Детенышей обижать нельзя» — пронеслась отчетливая мысль у львицы. Оставлять его одного львице тоже не хотелось, интуитивно она противилась этому шагу. А своей интуиции кошка привыкла доверять. Она ее прежде не подводила. Наверное…

Подхватив аккуратно хорька, насколько это было возможно, учитывая разницу в их габаритах, она засеменила прочь: на поиски своей семьи и быть может, если повезет, на поиски какого-нибудь другого платья, которому можно будет отдать этого детеныша.

По мере удаления львицы от этого места, забытый ею камушек становился все бледнее и бледнее, пока его свечение не погасло вовсе. И дело тут было вовсе не в солнце, продолжавшем освещать и согревать все вплоть до горизонта. Зачарованная жемчужинка быстро истощала свои силы, находясь вдали от вверенного ей живого существа.

Глава 14 — По зову сердца

Львица каталась по сочной зеленой траве, иногда забавно фыркая, когда мелкие травинки норовили попасть ей в нос или щекотали уши.

Маленькому зверьку она тоже предложила отведать сочного и свежего мяса, посадив его рядом с загнанным ею оленем. Но несмышленыш кушать не стал. Может он травоядный? Что ж, это объясняет, почему он такой маленький. Вот будь у нее маленький львенок, педиатры бы устали хвалить ее за ежемесячное прибавление в весе.

Львица с удивлением покосилась на хорька. С его появлением она постоянно ловила себя на том, что в ее голову то и дело врываются красочным калейдоскопом какие-то странные мысли и образы, которые она никак не могла понять или расшифровать. Они не давали ей покоя и заставляли метаться из стороны в сторону, не зная усталости. Она снова и снова ощущала себя одинокой и потерянной, хотя причину этих чувств понять не могла.