Долгождана и князь-отступник

— А чего не сделать-то при помощниках? — ехидно возразила Потычиха. — Сама бы ты после первого раза возле пруда навечно осталась.

— Так ты меня на погибель отправила? — рассердилась Жданка. — А сулила любовь Военега.

— Ты ведь не спросила, какая судьба у Военега! Дорога ты ему или нет? Хочет ли он с тобой жизнь связать, нет ли у него любушки-зазнобы? О нём самом не подумала, решила, как быка на верёвке, под венец вести!

Жданка опустила глаза. И что с того? Потом бы у них всё было: и любовь, и чудесная, невиданная свадьба, и любовь, и сладкие ночи.

— Так вот, знай: Военегу самому суждено было утоплым стать! Не дожил бы он до первого снега! — продолжила с какой-то злобной радостью Потычиха. — Вот и обрели бы общую судьбу да любовь на дне пруда!

Жданка вскинула на неё яростный взгляд:

— Какой будет твоя вторая просьба?

— Вот дурная девка! — с досадой топнула по порогу Потычиха. — Её впервой помощники еле спасли, а она в другой раз в пруд с головой лезет! Не скажу, ничего не скажу! Не с руки мне и не по силам тягаться с князем-отступником!

— Каким ещё князем? — удивилась Жданка.

— При чём здесь какой-то князь?

Потычиха сверкнула глазами из-под платка и сказала, чуть не плюясь от злобы:

— Ступай отселе и не показывайся на мои глаза! А то пожгу всех твоих помощников!

Сегодняшнее утро оказалось неудачным для Потычихи. Жданка была простой девкой, пугливой и слезливой, наверное, не очень умной. Но зачем было сулить гибель Военегу-любушке, грозить тварям, которые ей помогли? Она без боязни ответила колдовке:

— А я всё отцу-матери расскажу, повинюсь, они простят.

Но до старосты донесут твои угрозы. Догадайся, кто запылает? Кого по всем сёлам и княжеству ославят?

— Ах ты… — затряслась колдовка.

И вдруг Жданка полетела наземь. Попыталась подняться и снова расстелилась.

Потычиха захохотала:

— Вот так и ползай до скончания своего века!

И Жданка, отталкиваясь локтями сильных рук, поползла. Но не прочь, а на Потычиху. Иначе бы она не была бы дочерью Ждана, который мог в одиночку разметать топором волчью стаю, обороняя свой обоз.

Девка уже протянула руку, чтобы ухватить колдовку за подол, подтянуть к себе и сомкнуть пальцы на шее: а не губи людей и тварей, населяющих белый свет! Но поймала только струйку чёрного вонючего дыма. Из-за дверей донёсся хриплый смех Потычихи.

Земля подпрыгнула под Жданкой, подбросила её. И девка покатилась, словно с горы.

Там, где начиналась тропинка к колдовкиному дому, Жданку отпустило. Она пришла в себя и поднялась.