Долгождана и князь-отступник

Куда отец смотрит-то? Даже скотине положено отдыхать, а взрослые кряжистые мужики, которые тягают скотников помогать им, запрягли в работу почти ребятишек. Ведь они почти всю ночь не спали, обихаживая коней. Утром, наверное, чистили скотный двор, помогали матери с дойкой, таскали бадейки. Отец, конечно, требовал от работников многого, но никогда не поступал, как некоторые хозяева: сделай на гривну, получи полушку.

Жданка бессильно треснула кулаком по колену. Несправедливость и бесхозяйственность почему-то рассердили её чуть ли не так же, как происки Потычихи.

Вошла Луша с большой плошкой, заговорила ласково:

— Матушка нашей невестушке целебной водицы приготовила. Пусть пьёт да здоровьице поправляет!

Жданка удивилась: о здоровье в их избе никто не заботился. Они, поди, не четырежды раненый брат Радовлад, к ним хвори не пристают. Но взяла ложку: отчего не похлебать пахнувшей яблоками водицы с листьями мяты и веточками смородины, которые плавали поверху.

И тут же с благодарностью подумала, что матушка готова на многое ради дочери.

Но Луша не уходила, ласково подгоняла: «Да ты пей, пей!» А у самой глаза косили на сундуки.

— Потом выпью, — как можно равнодушнее сказала Жданка. — Ты, Луша, ступай. Голова болит.

— А когда сундуки будем разбирать? — поинтересовалась соседка, нанятая отцом для помощи по дому на время свадебных хлопот. — Нужно же всё проветрить, почистить. Подарки жениху приготовить. Не сегодня-завтра приедут от воеводы с дарами невесте.

Жданка сморщилась. Три прошлые зимы матушка заставляла сидеть за рукоделием, шить рубахи для неведомого жениха. Сама наблюдала за работой и часто кричала на неловкую дочь, которая делала неверные стежки. Внизу, во всю светлицу, были поставлены скрипучие кросна. На них нанятые молодки ткали бесчисленные полотна для будущих постелей. Всё это добро складывалось в холодной светёлке под крышей, а летом отряхивалось и проветривалось.

— Отдохну, Луша, и начнём разбирать, — сказала Жданка и покраснела.

Какой отдых? Её тело просило работы, глаз — пригляда за зимними запасами, руки — тяжёлых чугунков с едой для родителей и наймитов. А тут сиди и смотри на белый свет, открыв слюдяное оконце. Может, какой-нибудь княжинке это любо, а ей, выросшей на земле, противно!

Луша ушла, а Жданка наконец-то утолила зверский голод. От мяты потянуло в дрёму, но она решила бодрствовать.