Долгождана и князь-отступник

— Пусть я ничему не обучена, но у меня есть друзья: Вячко, который сразу нежить и человек, красноглазые тетюнники… Нежа тоже поможет, хоть и утопленница. А ещё Титовы парнишки, они люди, зато камень Волоса мне дали!

Гулдар стала бледнеть, стены шатра начали растворяться во мгле.

— Ратдор сделал правильный выбор… Ты суть этих земель, заменивших мне родные степи. Добрая и отважная… притягивающая добро и отвагу… Может, сын позже тебе расскажет…

— Постой-ка, не исчезай! — крикнула Жданка и проснулась.

В горнице уже почти темно, за окошком — осенняя морось и ветер.

Проспать белый день — это окаянство, которое она допустила впервые. День для работы и дел, для радости человека быть на этом свете. Теперь ночь умучает лежанием на лавке без сна. А то ещё и нечисть наползёт — шепотники и шушурницы. Девок, любящих прикорнуть днём, ночь накажет криксами, когда они станут матерями. Будут их ребятишки заходиться плачем и криком, который только самый сильный ведун сможет излечить. А у Жданки ещё и враг есть — Потычиха, умерщвлённая Вячко.

Жданка не боялась шепотников и шушурниц. Сама-то она, наработавшись за день, спала, как трава под сугробом. Матушка её с детства научила: как услышишь шорох и поскрёбывание, злые голоса или увидишь в углах что-то мохнатое, сразу обратись в мыслях к домушнику, закрой глаза крепче и не открывай, что бы ни творилось. Домушник сам с нечистью расправится. Так что заведённый предками порядок и обряд кормления домушника — самое лучшее средство от бессонных ночей.

Потычиха — другое дело.

Она — нежить, поднятая от смертного сна своей неправедной жизнью. Нежить всегда обижена на людей и готова причинить им зло. Она не с тёмной стороны жизни, рождена не силами природы, с ней не так легко справиться. Нечисть-то иногда и на добрые дела способна. Нежить всё плохое от человека и тьмы взяла.

А Вячко?.. Сам сказал, что он — нежить и нечисть… Но лучшего друга и не сыщешь. Есть у него сердце, которое тоже кого-то любит. Нет у него в нём нечистого и неживого.

Вошёл отец, и Жданка передала ему подарок Гулдар со словами:

— Эта вещичка фибулой называется.

Ею иноземцы полы своих плащей скрепляют.

Отец ответил:

— Да, мне уже староста рассказал. Он ходил в рати с Миловидом. Тебе-то откуда знать это?

Жданка пожала плечами, но ответила честно:

— Привиделось во сне.

Отец ничего на это не сказал, только замешкался у двери, а потом склонил голову. Перед ней, младшей дочерью, словно она княжинка! Жданке такое вовсе было ни к чему, но она смолчала.